Онлайн книга «Неправедные»
|
— Что такое? — снова потревожив наши сидения, спросил меня Игорь. Но, к счастью, и тут мне отвечать не пришлось. Возмущённый, он уже громко и эмоционально делился со мной новостью об отсутствии программок, и о том, что единственным источником хоть какой-то информации о предстоящих номерах служит «сто раз перечёркнутый», по его словам, список на входе. Сергей — Серёжа! Я думала, ты не придёшь! — Черкавшая что-то на двери, в списке участников концерта, Валерьевна оторвалась от своего занятия, чтобы встретить меня традиционной головомойкой. — Мне кто-то сказал, что тебя не будет. Ты почему на телефон не отвечаешь?.. Кто-нибудь распишите эту чёртову ручку и зачеркните там всё!!! Цокот каблучков и вопли ТВ сопровождали меня аж до самой театралки. — Серёжа, где гитара?! Так ты выступаешь, или нет?! У нас горит всё, Серёжа, давай быстрей инструмент! — Гитара у Тимониной! — ответил я, распахивая дверь и с лёту окунувшись в бодрящую атмосферу предконцертного хаоса. Здесь, в небольшом душном помещении, где хранился реквизит, происходило, как обычно, сразу всё: мамки заливали своим чадам глаза и головы лаком, кто-то переодевался, кто-то что-то репетировал… А так, это был типа кабинет ТВ. — А она где?! — в ужасе спохватилась Валерьевна. — Я тут! Я обернулся — и встретился с Машкой взглядом. Она сдерживала улыбку, закрывая за собой беспощадно хлопающую туда-сюда и, походу, только раздражающую всех преграду. — Хорошо, всё, я убежала! Маша, следи за ним! — погрозила кому-то из нас Валерьевна пальцем. И скрылась наконец-то. Я, уже скинув в общую кучу куртку, плюхнулся, за неимением других мест, на стол. — Ты гитару-то принесла? — спросил с усмешкой. Тимонина хитро улыбалась. — Нет? Наш контакт глазами прерывался из-за суеты мелюзги и их родителей, но уже через минуту всё стихло. Остался только голос Валерьевны из дико фонящих колонок, но и он теперь был приглушён. (Я наконец понял назначение этой дурацкой двери) — Так что? — повторил я свой вопрос. — Гитара на месте? Тимонина покачала головой. — Будешь петь под барабаны. Я повторил траекторию её взгляда — и обнаружил на антресолях шкафа коробку с соответствующей надписью. — Да без проблем. Хоть а капелла. Тимонина замолчала. Улыбка понемногу сошла с её лица… * * * После нашего разговора у подъезда её дома, «тусить» я, естественно, никуда не поехал. Часов до трёх ночи тупо провалялся в собственной, отвыкшей от меня, постели, борясь с единственным желанием — вколоть себе что-нибудь такое, чтоб больше никогда не просыпаться. Но постепенно начало отпускать. Сначала пришла Лилька. Какая-то странная. То есть, она всегда странная. По меркам нормальных, адекватных людей. И это для неё нормально. То есть, странная Лилька — это нормально. А теперь была Лилька нормальная, даже трезвая, и это было странно… Короче, я сам запутался… В общем, она села ко мне, начала что-то жалеть меня, просить прощения за что-то… Я её не очень слушал… Потом дала мне что-то выпить, стало легче. Потом я обнаружил в своём телефоне сообщения. «Серёнь…» «Пожалуйста…» «Серёнь… мне так плохо» «А помнишь в 7 классе Лебедь назвал меня жирной а ты сказал что он дебил… Скажи это ты за меня вступился или ты тоже считал меня жирной?» «А вообще не важно даже если считал…» |