Книга Ты всё равно станешь моей, страница 67 – Злата Соккол

— Нам пора, — шепчу я, когда Ермолов всё же отрывается от меня, пусть и с великой неохотой.

— Какая жалость… Но это правда, — проводя пальцем по моим губам, улыбается Рома. — Идём.

— Одну минутку! Цветы...

Убегаю на кухню и достаю вазу, быстро заполняю водой и ставлю в неё цветы. Склоняюсь к ним, с наслаждением вдыхаю аромат... Потом поправляю платье и иду обратно. Чувствую, как мои руки немного дрожат. Да и сердце по-прежнему бьётся так, будто хочет вырваться.

Мы с Ромой спускаемся вниз, садимся в машину.

И едем...

Мира

Концертный зал поражает меня сразу! Забываю обо всем на свете и начинаю с восхищенной улыбкой оглядываться вокруг.

Высокие потолки и старинные зеркала... Бархатные кресла, великолепие огромной сцены...

Как я скучала по этой атмосфере! Когда я в последний раз была на таком масштабном симфоническом концерте?.. Кажется, лет пять назад, когда папа достал нам с Ульянкой билеты через знакомого. И вот, спасибо Роме, я снова оказываюсь в этой чудесной атмосфере!

Люди вокруг нарядные, улыбчивые. И мне кажется, что меня мгновенно окутывает утонченная атмосфера, какую больше невозможно найти нигде больше.

Мы с Ромой сидим на своих местах в ожидании концерта. Ермолов держит мою руку, и я счастлива, что здесь именно с ним.

— Как же здесь красиво, — шепчу я.

— Красиво, — соглашается Рома. — Но ты ещё красивее.

Со смешком фыркаю в кулачок. Ермолов с мягкой улыбкой склоняется ко мне и оставляет нежный, но такой горячий поцелуй на моей скуле. Чувствую, как заливаюсь краской... Сердце пропускает удар, когда смотрю в пронзительные зеленые глаза.

Рома снова переплетает наши пальцы. И мы устраиваемся на своих местах. Оркестр настраивается — некоторое время я зачарованно слежу за музыкантами в смокингах, рассматриваю их инструменты...

Замечаю, что взгляды присутствующих устремляются на сцену, а после все вокруг замирают, словно готовятся к прыжку.

Свет наконец-то становится приглушеннее, подсветка у сцены, наоборот, загорается ярче. Музыка начинается внезапно. И... она не просто начинает звучать. Она течёт и переливается. Заполняет собой всё пространство, дотягивается до моего сердца, до дыхания... У меня перехватывает горло от восхищения, и на глазах даже выступают слезы.

Скрипки то плавно, то внезапно разрезают воздух, виолончели плетут из своих звучаний душетрепещущие нити... Не замечаю ничего вокруг, полностью погружаясь в эту красоту.

Концерт пролетает одним махом! И вот — я уже поднимаюсь с места, бурно апплодируя музыкантам. Улыбаюсь, плачу, кричу "Браво!"... Восторг не отпускает меня ещё долго. Все мысли и чувства о прослушенной музыке, целой прожитой музыкальной истории... Лишь на охваченной морозцем улице я прихожу в себя.

— Тебе понравилось? — спрашивает Рома, разглядывая меня с нежной улыбкой.

Он притягивает меня к себе и убирает непослушный локон с моего лица.

— Словами не передать как! — трепещу я и благодарно смотрю на него. — Если бы не ты, Ермолов, не знаю, услышала бы я когда-нибудь такую красоту вживую...

— Услышала бы, конечно, а как же иначе. Но я немного ускорил исполнение твоего желания.

Рома склоняется ко мне и нежно целует. А я целую его в ответ. Мое лицо горит, и руки дрожат. И вот весь восторг от концерта уже превращается в нежное тепло, разливающееся у меня внутри, заставляющее меня таять...