Книга Помоги тебя забыть, страница 51 – Ольга Тимофеева

Я точно знаю, что не вырываю никогда и ничего. Нэйти вряд ли бы лазила по моим вещам. Райт – точно нет. Там нет никаких секретных планов и номеров банковских карт, просто проекты, адреса и телефоны руководителей, стоимость стажировки.

Даже маме набираю, домработнице.

Девушки были, но одни в комнате не оставались.

Кроме одной.

И она слишком много времени проводила тут. Наводила порядок. Могла это сделать? Спокойно. Особенно, учитывая специфичность девушки. Зачем только?

Я не писал Юджи почти два месяца. После того, как мы поссорились с Нэйти, я проверил все перелеты в те дни на Канаду, даже если с пересадками, аварий не было. Значит, она должна была долететь.

Вообще, вся эта история с ней, подтолкнула меня к тому, чтобы улететь из страны и потусить где–нибудь в Европе до конца лета. Я хотел отвлечься и забыть ее. И в Европе была такая насыщенная программа, что думать о Ракушке было некогда.

Но вот, как только я оказался в нашем летнем загородном доме, все равно что–то да напоминало о ней. Хорошо, что завтра я возвращаюсь в Чарльстон и эти напоминания прекратятся.

И сейчас мне надо было написать ей. Кручу телефон в руках и усмехаюсь с самого себя. Как начать разговор с девушкой, которую обидел, но не хотел этого? Может «Привет, Ракушка»? Не помню, чтобы я так долго думал над вторым сообщением. Скорее всего потому, что этот лист не у нее. Но мне вдруг хочется найти повод поговорить с ней.

«У меня в блокноте не хватает одного важного листа, ты не вырывала случайно?»

Она не отвечает. Сообщение до нее дошло. Но она так и не прочитала его. Хотя в черный список меня не добавила.

Пока жду ответ, пересматриваю наши фотографии. И понимаю, что если бы она оказалась сейчас тут же, то я бы хотел ее также. И будь она ближе, я бы, наверное, уже сдался и съездил к ней. Но она далеко, поэтому каждый раз, как я собирался заказать билет в Канаду, я понимал что она все такая же ревнивая, а я не хочу жить всю жизнь в заточении.

Обижена ли она еще или уже остыла и приняла это? Если это она вырвала лист, то это было до нашего разговора и прощания. Значит, она вырвала лист и… не знаю зачем. Если она его взяла, то скорее всего уже сожгла.

Я усмехаюсь сам себе, потому что уже жду переписки с ней. Как бы она ни отрицала, но ей это нравилось. Потому что она еще летом постоянно переписывалась то со мной, то со своим канадским «другом».

Я даже не подумал о том, что они могли начать встречаться и теперь он с ней… Я торможу мысли, не желая представлять их.

Может, удалила номер и не знает, кто это пишет? Хотя, Ракушкой, звал ее только я. В этом я почему–то уверен.

Пиздец. Я не думал, что сердце может ускоряться от того, что под сообщением загорается две галочки о прочтении.

Жду… но она так ничего и не отвечает на него. Знаю, что я не объявлялся два месяца, но я же сейчас пишу по делу.

Не понимаю почему, но мне хочется, чтобы она ответила. Чтобы не игнорировала. Написала что–то. Пусть даже не по моему вопросу. Пусть что–нибудь съязвит и огрызнется. Хочу эмоцию от нее. Любую.

И через пару минут от нее приходит снимок с нужным мне листом. Я усмехаюсь и смотрю на маленькую зеленую точку возле ее аватарки. Юджи еще онлайн и какого черта, она вырвала лист и не сказала?

«Ракушка, спасибо, ты меня спасла. Я только не понимаю, зачем?»