Книга Невеста одержимого, страница 4 – Анна Леманн

Обычно я не жалую эти посиделки в кругу семьи, где отец в очередной раз отчитывает меня за то, что встречаюсь с пустоголовым Дэном, а мать его поддерживает, перечисляя действительно стоящие кандидатуры мужчин. Но все эти стоящие кандидатуры не имеют значения, когда влюблена ты в другого.

В последнее время они подозрительно приутихли и молчат. Поэтому мне страшнее в два раза сильнее. Затишье перед бурей всегда очень опасно. Уже какой день в моей голове поселилась мысль, что они что-то затеяли. И эта мысль не покидает ни на одну секунду.

— Мама, папа, я дома, — оповещаю родных, скидывая обувь и сумку. Бросив последнюю на полку, побрела в сторону столовой, услышав оклик отца оттуда.

— Юля, мы тут!

Натянув максимально расслабленную улыбку, вошла в огромную комнату, готовая к очередной войне. Но улыбка сползла с моего лица, когда за столом я заметила ещё одного мужчину, сидящего рядом с отцом. Он был спиной ко мне, и всё же я вмиг почувствовала что-то неладное.

— Пап? — окликаю родителя. — У нас гости? Ты не предупредил, — пытаюсь вернуть улыбку, но почему-то не выходит. Сердце бешено стучит. Ноги перестают держать. А глаза скоро выжгут дыру в голове гостя.

— Да, Юлечка, гости! — подтверждает и так понятное родитель. — Адам только сегодня приехал. Решил устроить нам сюрприз и отужинать с нами. Проходи, родная. Садись.

— Адам? — переспрашиваю, перебирая в голове имена всех знакомых отца, и никого с таким именем не нахожу. — Не помню такого.

— Вы раньше не виделись, родная, — ласково произносит мама, любовно посмотрев на мужчину.

— Виделись, — разносится голос незнакомца из кафе, и Адам разворачивается ко мне, ослепив своей белозубой улыбкой. — Правда ведь, Юленька? — а затем поворачивается к моим родителям и уже для них рассказывает. — Сегодня мы встретились в кафе. Не выдержал и подошёл познакомиться с этой милой леди. Меня так и тянуло услышать её голос и перекинуться несколькими фразами.

— Ах, какой нетерпеливый, — романтично вздыхает мама, и я перевожу на неё взгляд, не веря, что она при отце так восхищается другим мужчиной.

— Ваша дочь — само очарование, Марго, Фёдор, — глаголет незнакомец, а я смотрю в его лживые глаза и удивляюсь, как хорошо играет. Ну, актёр! Ну, актёр! Завидно аж.

Мама тут же покрывается румянцем, а папа, наоборот, принимает гордый вид. Ещё бы! Единственная дочь и новый знакомый восхищается мной. Я словно очередная вещь из папиной коллекции, которой он любит хвастаться.

А этот мужик тонко стелет. И знает, куда бить, чтобы уж наверняка… Жук хитрющий.

— Я само очарование, когда накрашена, — произношу с широко натянутой улыбкой. — А по утрам я человек, из которого демона изгоняли несколько часов подряд.

— Правда? — подыгрывает Адам. — Никогда не видел такого. Получается, придётся как-то пробраться в твою спальню утром и увидеть это. Заманчиво, — тянет и родители начинают смеяться, восприняв это как шутку. Но лишь я и незнакомец поняли, что он действительно это сделает, если захочет.

— Не боитесь? — интересуюсь у него, невзначай продемонстрировав длинный, острый маникюр.

— А должен? — с вызовом уточняет.

— Да.

— А я не боюсь, — наконец прямо отвечает. — У меня есть методы борьбы с разбушевавшимися девушками.

— И какие же?

— Расскажу и покажу лишь когда увижу тебя утром, — многообещающе произносит, сверкнув улыбкой и чёрными хитрющими глазами.