Книга Ангелочек для бывшего мужа, страница 92 – Анна Леманн

— У нее будет красивое платье? Красивее моего?

— Я его не видел, — отвечаю, глядя на то, как жизнь покидает ее тело. Но я все еще надеюсь. Надеюсь на чудо. Такое уже бывало. Ей становилось хуже, а затем резко лучше.

— Она любит тебя? По-настоящему? Как я?

— Да, Женя, — глажу ее по щеке. — А у тебя есть заветное желание? Что мы с тобой сделаем, когда тебе станет лучше? Хочешь в новое путешествие? Новый телефон? А хочешь, котика тебе подарю? Породистого.

— Мое заветное желание, чтобы ты поцеловал меня, — скромно признается. — Всего один раз! А когда я выздоровлю, я хочу попугая. Говорящего. Чтобы болтать с ним, когда скучно.

— Значит, выздоровеешь — подарю попугая! — обещаю ей.

— А поцелуй? — даже в своем состоянии не прекращает шутить и подбивать ко мне клинья.

— Выздоровеешь окончательно — поцелую! — обещаю ей, готовый нарушить некоторую верность Наде, лишь бы Жене стало лучше.

Да и поцеловать можно в лоб или щеку.

Но вскоре врачи говорят, что в этот раз шанса нет. Шанс, что ей станет лучше совсем мизерный. Его практически нет. Они советуют попрощаться.

Но я не готов прощаться!

Да и как прощаться с человеком, который умирает?

Сказать “Пока!”? Что за глупости?!

— Пить не хочешь? — спрашиваю и сажусь на край ее кровати.

Она еле ощутимо качает головой. Тяжело сглатывает и смотрит на меня. Глаза ее мокрые. Думаю, она сама понимает, что происходит.

И что мне делать?! Как мне попрощаться?! Зачем вообще прощаться?

Ненавижу жизнь за такие моменты!

Дотрагиваюсь до ее руки и беру в свои лапы, сжимаю и глажу. Пытаюсь через прикосновение дать ей немного времени на жизнь. Она ведь еще столько всего не видела! Она слишком юна, чтобы вот так умирать.

И я… я наклоняюсь. Дарю ей то, о чем она мечтает. Я целую девушку, которая вот-вот умрет.

Недолго, но со всей нежностью и любовью к этой девушке.

Отстраняюсь и вижу ее улыбку, а после… после аппараты сигнализируют о том, что я исполнил ее желание перед самой смертью.”

— Павел Денисович, — мой помощник подходит ко мне. Он явился по первому моему звонку, чтобы помочь со всем разобраться, несмотря на свой отпуск. — С вами все хорошо?

— Да, — киваю, но слезы говорят об ином.

Она умерла у меня на руках. Я долго сидел около нее и не знал, что делать дальше.

— Мне позвонить в ритуальное агентство? — предлагает мужчина. — Заняться этим вместо вас?

— Да, — прошу его. — Выбери все самое лучше. И купи подарки и угощения в детский дом Жени. Сообщи о ее смерти и устрой им ужин.

— Павел Денисович, я соболезную вам, — помощник касается моего плеча. — Держитесь.

— Спасибо, — благодарю его. — А сейчас уходи. Хотя… стой. В комнате Жени висит платье. Пусть ей наденут его. Она ждала того дня, когда будет блистать в нем. Оно ей нравилось. Пусть она будет в нем в другой важный день.

Твою мать! Ну почему убийцы и гады живут и радуются, а маленькая девочка умерла?!

Почему все так несправедливо?!

За что?!

— Хорошо, — отзывается помощник и, перед тем как уйти, добавляет. — Ваша невеста разрывает ваш телефон. Он в доме.

— Я наберу ее позже, — отвечаю ему.

— Я могу ответить за вас и сказать, что вы ответите позже, — предлагает.

— Займись Женей. Езжай сейчас с медиками в морг и все организуй. С невестой я сам разберусь, — встаю и иду к дому.