Книга Мой вредный профессор. Стриптиз для тебя, страница 49 – Анна Леманн

Захожу внутрь и оглядываю помещение, ища свой ненормальный цветочек. И её макушку замечаю почти сразу же. Уже хочу подойти и сказать, что её ищет Настя, когда к её столику подходит Карим и опускает перед девушкой мороженое, сев рядом и приобняв её за плечи.

Твою мать!

Роза влюбилась в Карима!

И именно его семью она хочет разрушить!

Какой же я дурак! О господи!

Она же мне не один раз говорила, что без ума от манер Карима. Что ей нравится, как он себя ведёт, как говорит и как проницателен. Как обращается со своей женой и дочерьми. Как завидует порой Кате…

А ещё первое задание… А вдруг оно было не хитростью выполнено, а по-настоящему? Что, если Роза и Карим уже встречаются? И я лишь подтолкнул своими действиями её в объятия этого женатого предателя?

О боже! Катя не переживёт! Как Карим мог так с ней поступить? А со своим другом, дочь которого соблазняет?

Роза

— Не надо так переживать, — успокаивает меня Карим, приобняв и опустив передо мной моё любимое мороженое. — Она просто злится.

— Но я же не хотела её обижать, — шмыгаю носом. — Я ведь считала это безобидной игрой, а Маша на меня теперь обижается. У меня и мысли не было тебя из семьи уводить, а тем более перейти черту с тобой. Я же не дура! И я ценю семью! Я бы никогда так не поступила ни с тобой, ни с Машей, ни с Катей и ни с кем! Ты мне веришь? — спрашиваю, и он кивает. — А она думает, что я на такое способна, по всей видимости.

— Она это понимает, — продолжает меня успокаивать друг отца. — Но Маша — идеалистка, и ей нужно время, чтобы принять тот факт, что этот мир не идеален и часто бывают такие моменты, которые идут против её принципов. И действия исходят от близких ей людей. Она простит тебя, когда примет этот факт.

— Когда? — не задаю вопрос, а ною в объятиях отца моей подруги. — Всё это время она меня избегает, трубки не берёт. Если Кристина со мной, то Маша не приходит или разворачивается на полпути. Помоги мне, Карим! Как нам помириться? Ты ведь её отец и знаешь лучше всех свою дочь!

— Она любит тебя, Роза! Всё будет хорошо! Приходи к нам завтра на ужин, и я вас помирю, — обещает, по-отцовски погладив по плечу. — Она отходчивая.

— Правда?! Помиришь?! — обнимаю его сильнее, радостная оттого, что всё получается, как я и хотела. — Я знала, что ты поможешь! Она всегда тебя слушает.

— Но я её не буду заставлять с тобой мириться, — предупреждает серьёзным тоном. — Я лишь дам тебе возможность. Дальше сама. Иначе никогда не поймёшь, что некоторые ошибки лучше не совершать. И вымаливать прощение — не лучшее занятие на свете.

— Конечно! Спасибо! — продолжаю обнимать его благодарно. — Маша просто очень много значит для меня, и я бы не хотела потерять свою подругу!

— И она не хочет тебя потерять. Поверь, я знаю, — выпускает меня из объятий. — А теперь ешь мороженое. Иначе растает.

— Да! — восклицаю и позволяю мужчине пересесть на противоположный диванчик и приняться за свой десерт.

Оглядываюсь назад, чтобы позвать официанта и попросить у него ещё салфеток, потому что все, что были на столе, я искромсала от нервов, но у двери замечаю Виктора.

Округляю глаза, а улыбка сама по себе возникает на моём лице, когда вижу его красивую, но серьёзную мордашку. Машу ему рукой и, добившись его внимания, зову к нам.