Книга Кроха для генерального, страница 43 – Анна Леманн

— Тётя рассказывала, – вспоминаю с тёплой улыбкой. – И о том, как они познакомились, тоже. Так что можешь не говорить. Я всё знаю. И даже видео видела. Лучше бы не видела! Травма на всю жизнь! – хохочу, а перед глазами дядя в модном в то время костюме и причёской. И глаза, как у Дьявола, что девушек развращает.

— Так значит, от Марка уходить не хочешь? – подытоживает Карим. – Но при этом нужно от него втайне сохранить твоё родство с Розали?

— Ага. Не выйдет?

— Почему не выйдет? – тянет задумчиво. – Если как-то убедить Алима, Мириам, Алису, её отца, мачеху и мужа молчать, то, может, и получится. Сам я лезть не буду. А жена моя вообще в эти дела не вникает. Она знает о тебе, знает о племяннице Розали, но не связывает эти две личности в одну. Так что со стороны моей семьи угроз нет. А вот Лапины для тебя опасны.

— Мне так не нравится его обманывать, но если я скажу ему, то он отвергнет меня, – высказываюсь ему, потому что ни с кем больше не могу это обсудить. – И… увольняться я не хочу, потому что пока работа – единственное, что нас связывает.

— Ты ведь понимаешь, что вам никогда не быть вместе. Шанс один на миллион.

— Понимаю, – шепчу со вздохом.

И я мечтаю об этом шансе. Молюсь о чуде. Но всё напрасно. Карим прав… Быть вместе нам не суждено.

Аурора

— И что мы здесь делать будем? – тяну, глядя на спину своего босса. – Одни… без рабочих… в недостроенном окончательно доме? – намекаю на то, что ситуация выглядит либо как в самых романтичных фильмах, либо как в ужастике, где сумасшедший хозяин дома убивает свою гостью, а после съедает её сердце.

— Он пригоден для жизни, злючка, – произносит Марк, развернувшись ко мне со своей фирменной ухмылкой. – На втором этаже есть уютная спальня с очень мягкой кроватью, а на этом этаже есть полностью готовая для эксплуатации кухня и всё необходимое в ней. Плита, холодильник и даже микроволновка.

— А кофемашина? – интересуюсь, потому что если мы останемся на ночь, то утром мне нужно будет кофе. Без него я сама стану тем, кто убьёт хозяина дома и съест его сердце. И не только его. Я ещё печёнку люблю.

— Есть, – довольно растягивает улыбку по лицу. – Если бы её тут не было, то я бы не приехал и даже не рискнул бы на ночь остаться.

— И зачем? – иду за ним, продолжая выбивать ответы. – Зачем нам здесь оставаться? В чём смысл? И цель?

— Мне нужно, – бросает равнодушно.

— Сами стены красить будем? – предполагаю, подняв с полу кисточку в непонятной белой субстанции.

— А ты умеешь? – поигрывает бровями многозначительно. – Я сам тебя могу беленьким окрасить.

— Себя покрась, маляр неопытный, – раздражённо отвечаю и бросаю кисточку обратно.

Оглядываюсь вокруг, пытаясь сама хоть намёк на свой ответ найти, но его нет. Ни я, ни Марк в строительстве не смыслим. Отсюда вновь и возникает мой вопрос: какого чёрта мы здесь делаем?

— Вот в этой окраске я как раз и опытный, – кидает мне в спину, но мне уже плевать, потому что я иду в сад, где надеюсь побыть одна и разобраться в себе. Ситуация с тётей, сыном Алима и убийством его матери меня убивает изнутри. Я понимаю, что Карим прав, но я ничего не могу сделать с собой. Не могу я вновь сбежать. Да и куда? Солнцев ещё не вернулся. В Финляндию мне путь закрыт, как и во Францию.