Книга Ребенок от босса-негодяя, страница 8 – Анна Леманн

— Потому что я на работе, – отвечаю, пожимая плечами, будто бы она это видит.

— Ты платье забрала?! Или оставила сестру на съедение её соперницам?!

— Забрала, – коротко киваю.

— Почему тогда не привезла?! Ира весь вечер плакала, что платье никто не забрал! Еле её успокоила! – ругается, как всегда.

Злится, что в своё время я не сделала, как велели родители. Не проложила сестре мост к вершине фигурного катания.

— Потому что после того, как я его забрала, мне нужно было на работу, – отвечаю, еле сдерживаясь. – Я приеду домой, как обычно, в пять утра. Платье повешу в коридоре. Всё в порядке. Успеете.

— Ира плакала!

— Мам, вы могли и сами его забрать! – не выдерживаю. – Тогда бы она не плакала.

— Неблагодарная! Привези платье сейчас!

— Нет! Я на работе! – повторяю, раздражаясь. – И вообще, мам, я занята! Потом позвоню! Когда ты перестанешь на меня орать по пустякам. Я сказала, что всё в порядке. Кстати, вы платье не оплатили.

— Но ты же его забрала? Значит, оплатила, – вмиг тушуется.

— Ага, – киваю. – Чек тебе утром отдам.

— Зачем мне чек? Мы не собираемся платье возвращать. Оно Ирочке очень понравилось.

— Ну… как бы мне деньги нужны, – тяну, понимая, что мама сливается и денег я не увижу. – Я последние за платье отдала.

— Попросишь у своего Рустамчика. Пора бы ему уже начать обеспечивать тебя и твою семью… – и бросает трубку.

Как всегда…

Вздохнув, залпом выпиваю весь коктейль, стараясь сдержать слёзы и обиду на маму. Да и на себя! Сложно быть ненужной, сломанной игрушкой для собственных родителей.

Очень-очень сложно. Больно. И обидно.

Назар

— Наши хорошо в этом матче сыграли, – говорит Карим, обсуждая с племянником вчерашнюю игру в хоккей. – Я все думал, в конце сольются, а они нет! Красавцы! Прям гордость взяла.

— Я тоже краем глаза смотрел, – поддерживает его Рустам, закидывая в рот колбасную нарезку. – И, признаюсь, тоже остался доволен. А ты, Назар? Смотрел? Или занят был?

— Не смотрел, – расслаблюсь в кресле, ощущая, как устал за эту неделю. Ни одной свободной минуты. Всё дела-дела-дела. – Пришёл домой и завалился спать, послав всех и всё к чёрту.

— Один? – Лапин поигрывает бровями, решив, что я такое с ним буду обсуждать.

Я этого пацанёнка ещё помню с момента, когда он в песочнице песок ел и запивал водой из лужи. Как-то сложно его воспринимать взрослым и самостоятельным, после всего, через что я прошёл на пути его взросления.

Для меня он юнец, за которого дядя половину дел решает.

Хоть и разница в возрасте у нас не очень большая, но чувствую я себя в несколько раз старше Лапина. Проблемы закалили характер.

— Один, – резко отвечаю ему, последовав его примеру и съев колбасу. – Где твоя барби темноволосая? – спрашиваю, отмечая, что девушки как обычно, нет с ним рядом. А она своего босса никогда не оставляет. Следует за ним словно тень. А в этот раз её нет. Как и последнюю неделю, что я заезжал к Рустаму по вопросам сотрудничества.

После того поцелуя, хотя поцелуем его особо не назовёшь – так, немного взбодрил девчонку – Настя меня явно избегает.

Хотя зачем? Сама ведь поцеловала.

И чего стыдиться и прятаться? Мы же не переспали с ней в той машине. А так… вкусно и приятно попрощались.

Хотя я был не против повторить и показать Белоснежке, после чего стоит стесняться, а после чего нет.