Книга Ребёнок от сводного брата, страница 62 – Анна Леманн

— Не знаю, Рустам! Глаза закрыты!

— Чёртово дежавю! – шипит он сквозь зубы. – Помнишь, два года назад мы Катю так везли. Тоже выкидыш был. Млять!

— Точно, – хмыкаю, но мне совсем невесело. – Это хороший знак! Значит, малыша спасём! Мы с тобой ангелы-хранители, не иначе! – и наклоняюсь к девушке, принимаясь гладить её по щекам. – Потерпи, бедняжка! Продержись ещё немного! А потом врачи тебе помогут! – говорю, а у самой слёзы на глаза наворачиваются оттого, что с ней будет, если мы не успеем. – Я ему, Назару, за тебя накостыляю! Слышишь?! Ты главное себя и малыша сохрани!

— Лис, – зовёт меня Рустам. – Приехали! Ты с Настей будь, а я за врачами.

— Ага, – киваю, а сама продолжаю говорить с Садовской. – Надо быть сильной! Ради себя и малыша! Ты уже мама, хоть малыша ещё и нет. Помни об этом! Тебя больше не существует! Теперь ты не только за себя отвечаешь, но и за кроху! Ты же так её хотела… Будем с тобой вместе рожать.

— Алиса, – дверь машины резко открывается. – У меня две новости. Хорошая и плохая. Плохая – это детский центр и у них нет нужного оборудования. Хорошая – врачи согласились взять Настю сейчас. И за ней уже выслали скорую, которая перевезёт её во взрослую и привезёт оборудование, – рассказывает, аккуратно доставая Настю из машины. – Они ей помогут поддержать состояние, пока нужные штуки не привезут.

С помощью медбратьев девушку опускают на каталку.

— С ней всё будет хорошо? – спрашивает он одного из врачей, которые выбежали помочь.

— Пока не могу сказать точно, – кидает мужчина и увозит Настю.

— Рустам, что сказали в новостях? Я не поняла… Почему она?

— Не сейчас, Алис. Потом… Надо позвонить Кариму, – бросает и отходит вместе с телефоном. – Иди в больницу, Алис. Присмотри за Настей. Я знаю, что ты не очень её любишь, но прошу тебя! Она для меня как сестра! И как бы тебе не было больно от этих слов, но она много для меня значит.

Больно.

Но я его понимаю.

И принимаю его чувства.

— Она мой друг, которого я не могу бросить.

— Понимаю, – киваю и спешу за врачами внутрь детского центра, от которых сейчас зависит жизнь двух человечков.

Две милые женщины с регистратуры разрешают мне остаться в холле и обещают сообщить, как только что-то будет известно насчёт состояния Насти. Пока оно тяжёлое, и шансов спасти малыша мало.

К сожалению, пройти дальше мне не дали, потому что сейчас в клинике обследуются дети из детских домов. В основном малыши, которые всех посетителей зовут мамами и папами, а когда те их отвергают, то впадают в депрессию. Поэтому психологи запретили временно посещение клиники чужим людям.

А платных пациентов переселили в другое крыло, в которое можно попасть в обход детдомовских детей.

Мне так Ирина Михайловна, одна из медсестёр объяснила, когда воды мне приносила. От всех переживаний за Настю мне самой плохо стало. Но, слава богу, просто душно и слабость появилась.

— Уже лучше? – интересуется медсестра, забирая у меня стакан.

Она единственная, кто заметил, что мне стало дурно. Подошла, посадила в кресло и дала воды. И даже остаётся со мной, чтобы убедиться, что мне не стало хуже.

А мне нравится персонал этой клиники. Такой приятный и добродушный. Видно, что не просто свою работу делает, а заботится о больных.

А ещё больше радует, что это детская клиника и малыши получают такую атмосферу и комфорт. И ведь это благотворительная клиника, где больше льготников, чем платных пациентов.