Книга Тайный наследник от проректора. Следы прошлого, страница 20 – Анна Леманн

— Можно, – киваю, и она уходит.

— А она стала ещё…

— Взрослее, умнее и прямолинейнее? – подсказывает, и я соглашаюсь с каждым словом. – Вся в Вадима, – поджимает губы. – Пошли на кухню.

— Стой, – останавливаю её за руку и шепчу новости. – Егор мне звонил сегодня. Я трубку не брала. Потом сообщения посылать начал. С какими-то странными посылами. Чем ему нравятся мои глаза, губы, характер и так далее. По одному сообщению в час.

— Всё будет нормально, – успокаивает она меня. – Он просто бесится, что всё идёт не по его плану. И, кажется, у него осеннее обострение. Бывает. Громов крышей поехал. У них у всех такое бывает. Поверь, я знаю.

— Не зря я его по башке треснула, – бросаю, и мы входим в кухню, где Алёна уже достала молоко и послушно сидит на стуле, ожидая нас.

Подозрительно смотрю на дочь Милены, чувствуя что-то непривычное в своей голове. Будто что-то не так. Но в то же время это та же Алёна, которую я видела бегающей с одноклассниками по школе. Вот словно что-то должно произойти, а я даже не догадываюсь.

Хм-м… Наверное, мне кажется.

Делаю малышке какао, не забываю и о троице в комнате, играющей в ресторан. Им наливаю в маленькие кружечки и отношу уже слегка остывшим, чтобы не обожглись. Несу им ещё и печенье домашнее, которое мама моя испекла утром сегодня и через папу, когда тот ехал в больницу, передала нам с Тимом.

— Ну так что будем делать, девочки? – заговаривает Алёна, делая глоток какао.

— Ты о чём?

— О Егоре, конечно же! – восклицает, взглянув на нас как на глупышек. – Нам надо что-то сделать. От Киры он уже сам избавился. Осталось дело за малым.

— За каким малым? – настороженно тянет Милена.

— Ну… не знаю. Что там идёт между влюблённостью и свадьбой? У вас с папой всё быстро произошло. А в фильмах влюблённые гуляют за ручку, едят мороженое, целуются и… не только!

— Алёна!

— Что, мама? – возмущается. – Они что, ненормальные люди? И не могут, как все, ссориться? И быть несогласными? Даже вы с папой частенько ругаетесь.

Переглядываемся с подругой и молча сглатываем свои мысли. Вот же мы две ненормальные! Ребёнок о нормальном, а мы больные.

— Ясно! Плана у вас нет, – заключает девочка, сложив руки на коленях. – Что насчёт ответа: хотите вы быть вместе или нет?

— Я не хочу!

— Почему? – допрашивает.

— Потому что он… он… он… – пытаюсь подобрать достойный ответ для неё. Потому что причина «Он безмозглый идиот» – будет звучать грубовато.

— Потому что он несерьёзный? – подсказывает малышка, и я киваю. – Глупости! Он уже давно серьёзный! Не такой, как папа, конечно, но тоже нормальный. Дальше?

— Он меня обидел, – отвечаю ей.

— Сильно?

— Очень!

— Тогда да… Надо его помучить, – соглашается она, задумчиво потерев подбородок. – Но не вижу больше преград.

— Алёна, всё сложнее, чем кажется, – вступается её мама.

— Всё именно так, как кажется. Остальное взрослые сами придумывают, – закатывает глаза. – Ясно с вами, девочки! Вы сами ещё не понимаете, чего хотите. Пойду я к детям. Уж у них всё проще. Тимуру понравилась Арина, и он за ней ухаживает. А Марина готовит для них романтический ужин. Учитесь у детей, взрослые, блин! – закатывает глаза и выходит.

— Кажется, она на стороне Егора, – произношу, когда девочка уходит.

— Она Громова и всегда на стороне семьи, – отвечает Милена. – Так! Что заказываем? Мои любят пиццу. Будем?