Книга Тайный ребенок от ректора. Оттенки прошлого, страница 36 – Анна Леманн

— Алёна, послушай! – прошу её тише, чтобы она автоматически тоже звук сбавила.

— Не хочу слушать! Ты меня опять обманешь! – шмыгает носом и делает шаг назад.

— Это была твоя мама? – меняю тактику. Всё же не зря я те журналы читаю о воспитании. Кое-чему да научился у профессионалов воспитания.

— Да! – восклицает. – Моя! И она очень красивая! Как и ты! И она бы в тебя влюбилась! А ты… – замолкает, обиженно зыркнув в мою сторону. – Я её даже красиво одела, чтобы она тебе понравилась, а ты обманул! Она же была в красном! В твоём любимом цвете, – гладит свой комбинезончик, поджав губы. – Я так хотела…

— Алёна, я не могу всегда уделять внимание лишь тебе одной, – делаю шаг к ней, и она не отходит. Глядя в пол, мнёт край застёжки. – У меня и другие ученики есть. И я им нужен!

— И мне нужен!

— Алёна, малыш, – рискнув, поднимаю руку и глажу её по голове. Девочка в ответ делает шаг ко мне и обнимает. – Я в первую очередь учитель и лишь затем твой друг. Когда вокруг люди, я должен поговорить с ними всеми. Иначе они больше не придут в мою школу. А они ведь талантливые? Да?

— Ну да… – соглашается, поджав губы.

— А что, если они решат, что я к ним не подхожу, потому что у них плохо выходит? Они расстроятся и могут потерять свой талант. Ты этого хочешь?

— Но я ведь тоже могу так решить, – логично выносит вердикт.

— Алёна, – беру малышку на руки и с её позволения несу в аудиторию, продолжая с ней говорить. – С тобой мы можем о твоём таланте поговорить и после занятий. Ты что, забыла о том, как мы после уроков пьём чай с тобой и дедушкой в моём кабинете? И лишь тебе так можно. А им всем нельзя.

— Да? – хватается за эту мысль удивлённо. – То есть я особенная?

— Ага, – киваю, отчего девочка начинает довольно улыбаться. – Ты очень особенная, и я бы обязательно к тебе подошёл. Но немного позже. Когда бы всем помог. Мы могли бы и после занятий остаться, и с тобой всё сделать. Я же говорил тебе о том, что ты можешь приезжать в академию, когда тебе захочется, и мы будем учиться. Ты забыла? – не удержавшись, касаюсь лбом плечика Алёны, отчего малышка морщится. Детская кожа не привыкла к мужской бороде.

— То есть… я зря сделала плохое дело с пиджаком? – неожиданно вспоминает о своей проделке.

— Да. Зря…

— Прости, – надувает губки и уже готовится заплакать. – Мы тебе с мамой новый купим! Красивее этого в сто раз!

— Всё в порядке, Алёна, – спешу её успокоить. – Но больше так не делай. Даже если ты потом решишь исправить свою ошибку, человеку может быть неприятно. Он может обидеться на тебя и больше не дружить.

— А ты на меня не обиделся? – заглядывает мне в глаза, чтобы увидеть мою реакцию на её вопрос. Аккуратной маленькой ладошкой касается моего лица, заставляя меня самого взглянуть на неё.

— Не обиделся, но мне было неприятно, – не обманываю её.

— Фух! – вздыхает. – И ты по-прежнему придёшь на день рождения моей мамы? Да? Оно уже скоро!

— А ты будешь приходить ко мне в школу? – интересуюсь в ответ.

— Буду, – обхватывает мою шею руками и жмётся. – Я всё придумала, Вадим! Я не отдам тебя никому! Ни сестре, ни тётям! Ты будешь только моим! Папочкой! Я всё решила! Только моим!

— А твоей мамы?

— Ну… можно… когда меня дома не будет, – пожимает плечами, долго думая над моим вопросом. Мы даже успеваем до двери класса дойти. – Но если вы с мамой влюбитесь, то можно тебе и изменить. Дедушка говорит, что когда мальчик и девочка остаются в одной комнате, то у них дети появляются. Вы с мамой сделаете мне сестричку или братика, если влюбитесь! Но пока он не появится, ты только мой!