Онлайн книга «Волшебный пояс Жанны д’Арк»
|
— Катрин, я никогда не заставлю вас… — Я знаю, — перебила она. — Знаю! Как знаю и то, что вы запретили своему деду… использовать иные средства… Я его боялась. Он желал моей смерти, и если бы не вы… Вы исполнили ту клятву, которую давали перед Богом. А я исполню свою. Я буду с вами в радости и в горе… и я верю, что все те, кто ныне злословит, вскорости забудут о вас. А мы… мы постараемся быть счастливы… Как ни странно, но остаток дня прошел спокойно. И ночь. Снилось всякое, мама с отцом, молодые, как с той свадебной фотографии, которая единственная. Согласно семейной легенде, ее сделал папин товарищ. У него была камера и пленка на двадцать четыре кадра. Но товарищ был пьян, а может, просто обделен талантом, а потому из двадцати четырех нормально получился лишь тот… …Снился мамин портрет, бросать который Жанне было жаль. И пояс, что по-змеиному ворочался, ползал, пробуя на прочность стеклянные стены. Проснулась Жанна с больной головой и пониманием, что катастрофически проспала на работу. Правда, тут же вспомнила, что не так давно уволилась. На часах было половина двенадцатого. Ужас! Жанна выбралась из постели и только тогда услышала веселую музыку, доносившуюся с кухни. Кирилл! Точно. Жанна вчера предложила ему остаться, а он взял и согласился… и теперь радио включил. Радио принес отец, а маму оно раздражало, потому что веселые песенки отвлекали ее от работы. Почему-то работать мама предпочитала именно на кухне. — Привет! — Кирилл стоял у плиты и выглядел на редкость гармонично. — Сырники будешь? — Буду, — согласилась Жанна. Пахло сырниками. И кофе. И еще чем-то сладко-конфетным, сытным. — Вообще-то я готовлю не очень. — Кирилл поставил тарелку с круглыми аккуратными сырниками. У Жанны такие никогда не получались. У нее в принципе сырники отказывались получаться, пусть и делала их Жанна по рецепту. — Но вот сырники приноровился. Кофе. И джем. И сметана. И, наверное, утро это не такое уж и тяжелое, как ей казалось. — Вкусно, спасибо. — Она подумала, что никто никогда прежде ей сырников не жарил. Нет, мама жарила, по воскресеньям. А папа плов делал хорошо. И макароны по-флотски. — План такой. Сейчас ты завтракаешь, и мы едем гулять. То есть по магазинам. А то я понял, что все-таки немного погорячился, когда вещи собирал. И посудомойку купить надо. — Кирилл сел напротив. Мамин фартук взял. Жанна его не трогала, оставила, как было, и фартук висел на крючке… висел и висел… а Кирилл его взял… — Заодно заглянем в мастерскую Игорька… и к девице Николая. — Зачем? — Честно говоря, не знаю. Я ведь о ней вчера случайно вспомнил. Уж больно проходной эпизод… но вот вспомнил, и всю ночь она у меня из головы не выходила. Просто съездим. Встретимся. Поговорите… — Мы? — Как девушка с девушкой. Меня, полагаю, не особо рады будут видеть. А ты сырники ешь. Зря я, что ли, жарил? Не зря. Совершенно не зря. Жанна ела и думала, пытаясь представить себе невесту Николая. Воображение рисовало худенькую хрупкую девушку с огромными глазами… Воображение ошиблось. Глаза у Стаси и вправду были огромными, да и сама она отличалась немалыми габаритами. — В деда пошла, — не без гордости сказала Стася. Собственной стати она не стеснялась. — Дед у нас силачом в цирке выступал, полмира изъездил. Рассказывать любил, как выпьет, так и начинал языком чесать про то, где был, чего видел… а мы слушаем. А ты, значит, из этих… |