Онлайн книга «Философия красоты»
|
Адетт терпела, она даже уважала старуху, но теперь, после смерти Алана, дни власти Магдалены подошли к концу. Пансион, комната в одном из многочисленных доходных домов, и ежегодная открытка на Рождество. А, может, и нет, действия Адетт невозможно предугадать. Кроме его и Адетт на кладбище соизволили явиться только слуги да компаньоны мсье Алана. Мика и Франц предпочли остаться дома, в тепле и уюте. Наконец, наступила последняя часть церемонии: Возложение Цветов На Свежую Могилу. Если бы не было так сыро, Серж здорово повеселился бы, глядя на эти скорбные физиономии – можно подумать, кто-то и вправду скорбит об усопшем – и саму церемонию. Адетт первой возложила букет из двух белоснежных роз, обернутых в черное кружево. – Скоро на этом месте будет стоять великолепный памятник, чтобы каждый, кто явится на кладбище, знал, где находится могила одного из величайших людей современности. – Она говорила тихо, но каждый из присутствующих – в этом Серж был готов поклясться на чем угодно – слышал речь от первого до последнего слова. – Алан много сделал для Франции и до войны, и во время войны, и после нее. До войны Алан работал на благо родины… Серж хмыкнул, Алан всегда работал на себя и свой кошелек, но звучало красиво. – Во время войны он, в отличие от многих, не сбежал, бросив французский народ, но деньгами и оружием, что производилось на его фабриках, помогал выстоять в кровавой схватке. А после того, как наступил долгожданный мир, Алан наряду со многими патриотами приложил все возможные усилия, чтобы возродить Францию в ее величии. И на строительных подрядах заработал еще несколько миллионов франков. В глазах компаньонов Алана, Серж читал отражение собственных мыслей. – Я сделаю все, чтобы увековечить подвиг моего супруга. Надгробие заказано у лучших итальянских мастеров и будет освящено в Ватикане самим Папой. Магдалена сзади сдавленно всхлипнула и пробормотала: – Святая! Надо же, еще один враг повержен. Якут Из беседы с Ароновым капитан Эгинеев не узнал ничего нового, теперь, когда разговор уже состоялся, Кэнчээри чувствовал, что поспешил. Подождать следовало, пускай бы этот святой от моды расслабился или наоборот, нервничать начал, ожидая, когда ж к нему придут с вопросами. Тогда, глядишь, и толк был бы. Хотя, какой к лешему толк, да звезду с неба достать проще, чем такого, как Аронов, к ответственности привлечь. Еще Верочка со своими вопросами, все-то ей знать нужно, а потом за это знание, выплывшее в какой-нибудь «Сплетнице», начальство Эгинеева по голове не погладит. Странное это было дело. Сумочкина отравили, Кузнецову зарезали, но зачем? Ладно, Сумочкин, он вроде бы как на конкурентов работал, поэтому и убрать его могли, как свои, так и конкуренты, которым не хотелось выполнять обещание. Но эта, прости господи, звезда подиума? Кому понадобилось ее резать? Аронов, Лехин да и все остальные, кого удалось опросить, в один голос утверждают, будто бы девица ушла из «л’Этуали», что она вообще из страны уехать собиралась и даже почти подписала контракт с одной солидной немецкой фирмой, которую уж точно невозможно было заподозрить в преступлении. Вот и выходит: с одной стороны, зачем «л’Этуали» избавляться от Кузнецовой, если они уже и так избавились, причем способом куда менее кровавым и более цивилизованным, с другой, если Кузнецова не устраивала немцев, то им достаточно было просто отказаться от ее услуг. С третьей… вот с третьей стороны вырисовывалось и вовсе нечто непотребное, навроде маньяка-психопата. |