Книга Юся и Эльф, страница 143 – Екатерина Насута

И кажется, улыбаюсь.

Точно улыбаюсь. И Эль тоже. Он берет меня за руку, и мы идем. Куда? Понятия не имею. По высокой-высокой траве, которая едва не стала могилой, меж белесыми живыми колоннами, туда, где света становится больше, и я закрываю глаза.

Я знаю, что не споткнусь, а если и вдруг, то упасть мне не позволят. Но свет пробивается сквозь веки, он опаляет кожу, он пробирается в кровь. И я вот-вот вспыхну.

Дура.

Что некроманту делать в эльфийском лесу? Могла бы сообразить… И Эль хорош… сейчас мой дар сгорит. И с чем останусь?

С умением составлять букеты? Или красиво вышивать? Или меня наполнит светлая сила, от которой все тело зудит? Если так, то хотя бы надеюсь, что зуд этот – явление временное. Но я не удержалась и поскребла руку, ту, которую держал Эль.

И он остановился:

— Все хорошо.

— Ты спрашиваешь или утверждаешь?

Чесалась шея. И голова. И все тело.

— Потерпи. Твой организм перестраивается.

Ага, вот не поверишь, но я это чувствую. Очень так интенсивно чувствую. И хочу обратно, в простую человеческую невечную жизнь. Вместо этого я просто поскреблась. И снова… и опять.

— Я хоть эльфийкой не стану?

Представила себя в длинном платье с белоснежными волосами… жуть какая.

— Не станешь, – Эль улыбнулся и обнял. – Это особое место. Сюда далеко не все могут прийти. Бабушка дала ключ…

Ага, то есть без эльфячьей бабушки не обошлось, и подозреваю, что сделала она это исключительно назло эльфячьей матушке. А мне с того что? Ничего, как выяснилось, кроме почесухи.

А в руках Эля появился кинжал.

Мой, что характерно, один из запасных, что лежали тихонько в шкафу. Черный клинок в месте, переполненном светом настолько, что того и гляди оно треснет, смотрелся, мягко говоря, странновато. А в пару ему Эль достал другой нож: светлый металл с булатным узором, слегка изогнутый клинок и аккуратная изящная гарда, будто под женскую руку сделанная.

— Н-на заре своей мир не был добрым местом, – второй нож он протянул мне. – И оружие встречалось в нем чаще, чем обручальные браслеты. Или кольца.

Логично.

— А п-потому в старых обрядах м-молодожены, как п-правило, обменивались клинками.

Что ж, на заре мира все, выходит, было куда проще. И со смыслом. А кинжал меня принял. Я чувствовала отклик. И, уже спокойно перехватив рукоять, провела краем по ладони.

Кровь.

То, без чего на заре мира не обходился ни один ритуал. И здесь кровь выглядела иначе. Темная, тягучая, она казалась живой. Капли сливались друг с другом, наполняя ладонь. А потом эта кровь коснулась другой, более светлой, более яркой.

И смешалась.

И мне стало жарко. А потом холодно. И не только мне, если Эль меня обнял, а я вцепилась в него. Мы так и стояли, не знаю, насколько долго.

Долго.

Теперь я слышала его. А он меня. Мы звучали частью этого места и частью друг друга, и кажется, это было именно так, как и должно.

А потом все закончилось.

Мы не сделали и шага, но оказались перед знакомым стволом сиротки, который – я теперь знала, что спустя пару сотен лет он превратится в белую колонну мэллорна, – приветливо шелестел. Стоило коснуться теплой коры, и лес исчез.

А мы оказались во дворе. И ладно бы одни.

На лавочке сидел лич, придерживая одним локтем миску капусты, другим – тяжелый ларец. Выглядела тварь на редкость довольной.