Онлайн книга «Невеста по спецзаказу или Моя свекровь и другие животныe»
|
Удобной не было. А мочевой пузырь настоятельно намекнул: еще немного и он попросту лопнет. Это будет нехорошо. В следующее мгновенье тело осознало, что, во-первых, лопнет или нет — этого толком никто не знает, во-вторых, оно отлежало руку, а в-третьих, мягкая грелка исчезла. Не грелка — Нкрума. Я открыла глаза. Темно. И страшно… и страх этот моментально развеял остатки сна. Впрочем, стоило мне пошевелиться, как под потолком нашей хижины вспыхнула круглая крупная колба, наполненная чем-то мелким и явно живым. Я икнула. И зажала рот руками. Как быть? Позвать на помощь? А если не услышит и… и если он далеко? А кто-то другой близко? И этот кто-то вряд ли будет рад встрече. То есть, он, может, и обрадуется, а я вот таки нет… Разум и инстинкты подсказывали, что надо сидеть тихо-тихо и надеяться, что мой жених ушел недалеко… скажем, в кустики или, с учетом окружающего пейзажа, в камушки. Вот сейчас вернется. Или сейчас… Или… Время шло. Медленно так, как жевательная резинка, тянулось, а Нкрума не возвращался. И первое беспокойство сменилось другими, нехорошими мыслями. Бросил? Нет, он не похож на того, кто… а вот оставить на время… скажем, чтобы проверить, как там гости незваные… …заухало сердце. Вдруг он к усадьбе пошел? И в ловушку попал? Или его местные твари сожрали? Небось, здесь изрядно тварей водится, которые сожрать способны. И тогда я осталась одна? Одинокая. Несчастная. Дева в башне, точнее в палатке… но от этого не легче… и надо бы еще подождать, только у мочевого пузыря собственные планы на жизнь имеются. И я… я ведь недалеко. За палатку. Писать в палатке — дурной тон. А больше я просто не выдержу… и если не уходить, то… то ничего дурного не случится. Я выбралась из шелестящих листьев, которые поспешили сомкнуться. Сейчас наша постель больше всего напоминала кукурузный початок. И верхние листья начали подсыхать. Камень в центре палатки был еще теплым и, значит, если Нкрума ушел, то не так давно: он бы не бросил меня замерзать. То есть, очень надеюсь, что не бросил бы. Я коснулась стены, не слишком понимая, что делать: та выглядела сплошной. Но стоило тронуть, и по гладкой поверхности побежала трещина. Отлично. Надеюсь, войти будет не сложнее, чем выйти. Снаружи было… холодно. И видела собственное дыхание. И холод на губах, на языке. …я видела седой налет на камнях и палатке. Острые иглы сосулек, крохотных, с полногтя… и ощущала холод сквозь пленку защитного костюма. А вот его как снимать-то? Я вдруг вспомнила, что мне говорили про эту колонию. В теории, если она поглощает всю влагу, то… Нет уж. Теория теорией, а практика… Я огляделась. Два шага. Вот к тому камню. Заблудиться невозможно: палатка видна издали, то есть я так думаю, но проверять не собираюсь. — Извините, — сказала я обломку, который, кажется, был не просто так камнем, а куском статуи некогда величественной и грозной. — Но мне очень надо. Одни штаны я сняла. Вторые… чувствую, содрать их можно будет только с кожей. И как быть? Наверное, я бы долго еще думала, если бы вдруг серые пластины пола не треснули, выпуская огромную яйцевидную голову… …организм среагировал быстрее меня. И… и я осознала одновременно две вещи: во-первых, голова находилась между мной и палаткой, надежно перекрывая прямой путь, а во-вторых, из палатки вообще не стоило выходить. |