Книга Невеста по спецзаказу или Моя свекровь и другие животныe, страница 11 – Екатерина Насута

Стало жаль себя: приговорят ведь.

Это не американское кино, где коматозника двадцать лет будут откачивать, а он очнется на последних минутах, чтобы сходу обнять повзрослевшего сына… и сыновей-то у меня нет.

Как и дочерей.

Котом и тем обзавести не удосужилась.

— Живые родственники по крови?

— Мама, папа, бабушка и семеро детей, — бодро отрапортавала я. В конце концов, мои галлюцинации обязаны мне верить. Но менталист покачал головой и вытянул тонкий полупрозрачный палец, возвестив:

— Неправда сие есть.

Ага…

Неправда. Нет, про отца не знаю, может, и жив где-то. А вот маменька преставилась, когда мне было семь. Я ее плохо помню и не скажу, что сильно горевала. Бабки же в позапрошлом году не стало, а в прошлом и Калерия, верная ее подруга и соратница — иногда мне мерещилось нечто большее в их отношениях — ушла.

— Вы должны говорить правду и только правду, — сурово произнес Ицхари.

— Кому должна?

Пожалуй, этот вопрос поставил его в тупик. Он приоткрыл рот, и закрыл, и задал следующий вопрос из списка.

— Вы состоите в отношениях?

Тут-то впервые с тоской ностальгической я и вспомнила Толика, который, скотина такая, мало что ушел втихаря, унеся с собой и зарплату, и премиальные, так и бабкину «Волгу» прибрать умудрился.

— Состою, — соврала я.

Ицхари нахмурился.

— Неправда сие есть…

И хмуриться перестал. Да что это такое! Неужели больше некого замуж выдать за этого их… многоуважаемого! На мне свет клином сошелся?

— Дети?

— Нет, — буркнула я. Смысл врать, если ложь сразу будет выявлена. — И не собираюсь.

— Вы должны будете…

— Кому должна, всем прощаю, — я взмахнула ершиком, к слову побитым жизнью, обскубанным с одной стороны и на редкость вонючим.

Ксенопсихолог, чье имя вылетело у меня из головы сразу же, как в нее влетело, тронул Ицхари за рукав и зашептал что-то. И шептал долго, уставившись на меня левым глазом, правый же в глазнице перекатывался, что выглядело несколько жутковато.

— Нет, но… конечно… заявленные параметры… и соответствие… да… нет…

Я подалась вперед, надеясь расслышать хоть что-то, но не вышло.

— Хорошо, — наконец, согласился Ицхари. — Пусть так… Агния-тари…

Чего?

— Я, как уполномоченный представитель брачного агентства «Золотой лепесток», лучшего брачного агентства в этом рукаве Галактики, заявляю, что вы прошли предварительный отбор.

И уставился.

Неужто изъявлений радости ждет? Нет, как-то я не готова радоваться.

— Верните меня домой, — попросила я, мысленно добавив: — И в сознание.

— Боюсь, это невозможно…

— Позволь мне, — ксенопсихолог скользнул вперед. Двигался он, надо сказать, странно, да и держался, как человек с застарелою травмой позвоночника: спина прямая, что в корсет затянутая. Ноги не сгибаются, и от пола не отрываются, скользят бесшумно.

Жуть.

— Агния-тари… тари — это общепринятое обращение к дамам высокого рода… — и рученьку бледную протянул. А рученька-то полупрозрачная, что из стекла сделанная. Я напросвет и кости разглядеть могу, что пясти, что фаланги… на одну больше положенной. — Я прекрасно понимаю, что вам нелегко.

И такое искреннее сочувствие в его голосе сквозит, что слезы на глаза сами наворачиваются.

А я и на бабкиных похоронах не плакала.

— Не подходи! — велела я и по руке ершиком ударила. Не хватало, чтобы меня тут всякие… инопланетно-бредовые особи щупали.