Онлайн книга «Белая башня»
|
И Верховный почти уже решил, что все же исчерпал свой срок. Видно не он один, если в покоях появился Владыка Копий. — Ходят слухи, что вы при смерти, — произнес он, махнув рабам. Те поспешили выйти, здраво полагая, что лишние знания им ни к чему. — Я не верил. Теперь смотрю, что зря. — Я… Владыка копий выглянул за дверь. — Мага пусть приведут! — голос его доносился глухо. Но обострившийся слух Верховного уловил и это, и лепет того, кто был послан за упомянутым магом. — И побыстрее… Он вернулся и самолично поправил подушки. Затем приподнял Верховного и усадил. — Так хорошо? Владыка копий мало изменился с прошлого своего визита. Разве что кисти рук, свисавшие с пояса его, слегка потемнели. Но не завонялись. — Не вовремя. До чего же не вовремя вы помирать вздумали. И этот ваш… куда подевался. — Умер, — выдавил Верховный. — Я так и думал. Жаль, он показался мне толковым малым. А теперь что? — Что? — Понятия не имею, что! — рявкнул Владыка копий. — Надеюсь, проклятый поможет, иначе туго будет… всем туго. Он подвинул кресло Верховного к кровати и уселся в него. Сцепил руки под подбородком. Уставился. Взгляд тяжелый, мрачный. — Что… в городе? — В городе-то аккурат тихо… пока тихо. Я поднял войска… на всякий случай. А то ж оно как, чуть что, чернь бузить принимается. Но слухов много. Всяких. Тревожных. Будто они иными бывают. Впрочем, мысли эти Верховный не стал озвучивать. А Владыка Копий не стал более говорить. Но и уходить не ушел, дождался мага. Тот с прошлой встречи стал словно бы круглее, да и наряд сменил. И нынешние, шитые золотом одежды, гляделись на нем чуждо. — Проклятье! — одно не изменилось — скверный характер мага и всякое в нем отсутствие страха, равно как и почтения. — Почему раньше не позвали⁈ Это ж надо было запустить… Он принялся щупать, и порой его прикосновения причиняли боль, но Верховный терпел. И флакон, сунутый магом под нос, тоже выпил, и даже не удивился, ощутив, как питье растекается по телу живительным теплом. А то укутывает Верховного будто в пух. Потянуло на сон. — Не сопротивляйтесь, во сне организму легче восстановиться… Верховный и не собирался. Он ухнул в бездну сна, в которой смешались, что Мекатл с вырванным сердцем, которое он держал в руках и норовил сунуть Верховному, что Императрица, что Золотая маска, та самая… Потом все исчезло, и осталась лишь она. Золотые веки дрогнули, и Верховный ощутил на себе всю тяжесть божественного взгляда. Но каким-то чудом, не иначе, выдержал его. — Меняешься, — голос раздался в голове, пробив муть сна. — Хор-р-рошо… Этот звук разнесся, причиняя боль, но и её Верховный выдержал. Голову вот склонил. Не из страха, ибо его не было, но выражая почтение. И уважение. Врагов тоже стоит уважать, особенно если они — боги. — Я не враг вам, — она тоже изменилась, эта маска. — Признаю… я слишком долго был в забытьи, вот и слегка перестарался. Но я не враг вам. — Друг? — Тот, кто может защитить. Ведь время близится, человек… время близится. Эхо его голоса еще звучало в ушах, когда Верховный очнулся. Темно. И свечи почти догорели, но раб, сидящий у подставки с ними, не спит. Взгляд его тревожный направлен на эти самые свечи, а руки сжимают связку новых. Ночь? Утро? Здесь всегда сложно понять, ибо Храм живет собственной жизнью. |