Книга Советник, страница 154 – Екатерина Насута

Бестолковый мальчишка.

Но пускай. Если он, Ирграм, жив, то… что?

Перед носом появилась пластина. Его, Ирграма, пластина. И он дернулся.

— Живой, - с удовлетворением произнесла мешекская тварь и добавила. – Почти. Немного мертвый. Странно. Не понимать.

Она положила пластину на колено и теперь гладила её кончиками пальцев.

— Вставать, - велела девчонка. – Слушать. Меня. И его. Хранить.

— Спасибо, конечно, но я сам могу о себе позаботиться! – возмутился мальчишка. – И это… это я тебя оберегаю!

Наивный.

Но Ирграм склонил голову и ответил:

— Д-да… г-госпожа, - получилось почти хорошо. Разве что горло болело, словно изнутри обожженное.

Она склонила голову, скрывая улыбку. И велела.

— Сядь.

А потом перевела взгляд на мальчишку, что застыл в горделивой позе, возложив руку на меч. Ирграму подумалось, что он мог бы свернуть шею этому щенку раньше, чем он меч из ножен вытащит. Но сама мысль оказалась обжигающей.

Как…

Солнце.

— Клятва, - он был готов поспорить, что треклятая тварь все поняла. – Ты не мочь. Ты служить. И ты говорить. С ним.

Ирграм снова склонился.

И опустился на пол. Сердце… сердце в груди билось иначе. Слишком быстро. И еще его слегка мутило. Кружилась голова. А огонь… огонь внутри остался. Но теперь он не причинял боли, скорее согревал.

— Ты помогать. И я помогать, - девочка смотрела в глаза. – Ты бояться огонь. Но нет. Больше. И солнце.

— Я… мне нет нужды таиться? От солнца? Я стал прежним?

— Нет, - она покачала головой. – Я так не мочь. Мочь сделать совсем-совсем мертвым. Но не совсем-совсем живым. Ты как раньше. Лучше. Я сделать лучше.

Ирграм прикусил язык, чтобы не ляпнуть, что о таких улучшениях предупреждать надо.

— Говори. Про это, - она подняла пластину, и вновь почудилось, что пальцы, касающиеся её, что они не смуглые, а будто в золотой пыли.

— Говори, - грозно повторил барон, хотя, кажется, глубоко внутри он подозревал, что его указания никому особо не нужны.

Ирграм покорно склонил голову.

И заговорил.

О том, как уходил. И встретил наемников. О разговоре. Об остальном.

— Значит, вот он куда исчез, мой братец, - барон не выдержал. – Извини. Мне сказали, что он сбежал и сгинул в подземельях. Может, крысы сожрали.

— Я сожрал, - признался Ирграм. – Мне надо было.

Барона слегка передернуло. Но проклинать он не стал, как и грозиться карами. Задумался только. И стоял, молча, пока Ирграм рассказывал.

— Стало быть, вот как, - он потер шею и руку с меча снял. – Надо магам показать эту штуку. И… почему ты к ним сразу не пошел?

— Она… моя, - выдавил Ирграм, испытывая огромное желание вырвать свою драгоценность из чужих рук. Только осознание того, что клятва не позволит, и сдерживало. – Она… моя…

— Что это вообще за… - барон потянулся к пластине, но девочка поспешно сунула её Ирграму и сказала.

— Не трогать. Ты живой. Тебе опасно.

— А тебе, значит, нет?

— Нет, - она подняла руку и кончики пальцев вспыхнули золотом. Оно поползло ниже. Коснулось ногтей, пустила нити по коже, пробираясь по складкам в ней, словно по руслам ручьев. Золото стерло эти складки, как и линии на ладони.

А потом исчезло.

— Что это за… - барон запнулся. – Извини. Ты магичка?

Девочка покачала головой.

— Тогда это потому, что ты из мешеков?

— Не знать. Да. Или нет.

Ирграм сглотнул.