Книга Наставник, страница 81 – Екатерина Насута

— Ты и сам маг.

— Я уже не знаю, кто я, - он обнял себя и начал раскачиваться. Влево и вправо. Вправо и влево. Странным образом это успокаивало. – Город… он город. Есть башни магов. Великие рода. Основатели. Те, кого боги и Древние одарили силой. Те, кто сумел эту силу сберечь и преумножить. Они стоят над прочими и правят городом. Мудро.

Из горла вырвался смешок.

— Есть те, кто служит великим родам. Верно. В надежде, что когда-нибудь и им повезет урвать кусок этой власти и силы.

Жрец слушал.

Очень внимательно. А Ирграм говорил. Становилось легче.

— Когда-то давно, когда город лишь возник. А некоторые полагают, что возник он не сам собою, что еще когда был основан Древними. И как знать, сколько в том правды. Не важно. Главное, что именно тогда, во времена незапамятные он и был принят. Кодекс. Великий Кодекс. Кодекс, не дающий магам вцепиться друг другу в глотку.

Ирграм заставил себя замереть, но тогда к горлу вновь подкатила ярость, смешанная со страхом. Нет. Если раскачивания эти помогут, то пускай. Все одно здесь нет никого, кроме жреца. Клетки укрыты в шатре. Правда, стенки его тонки, и этот разговор могут подслушать. Скорее всего слушают, ибо Господин весьма предусмотрителен, но и пускай. Ничего нового этот ублюдок не узнает.

— Все маги равны. Так там написано. Все маги свободны.

— Разве подобное возможно? – жрец вновь поглядел на Ирграма, и столько терпения было во взгляде его, столько спокойствия, что стало невыносимо стыдно за собственную несдержанность. – Свобода для всех в равной степени недостижима. Свобода вовсе недостижима, ибо даже Император не свободен. Никто не свободен.

— И ты?

— Надо мной мой долг. И слово. И служение. Закон. Верховный. Император.

— Тяжко от всего этого.

Жрец лишь пожал плечами.

— Путь чести всегда непрост.

Честь… очередная игрушка… нет её. И свободы тоже нет. Истинная правда. Но надо говорить. Речь позволяет сдержать ярость, а она пугает Ирграма. Есть что-то донельзя животное в его желании броситься на прутья и грызть их.

— На самом деле городу нужны маги. Те, которые послабее, попроще. Те, кто возьмут на себя разного рода дела. Кто будет обеспечивать существование башен. Потому и существуют школы магов. И дар… когда во мне открылся дар, я обрадовался. Это ведь шанс! О нем все мечтают. А у меня вот… и меня приняли. В школу. Учили. Я учился. Я старался. Я верил, что когда-нибудь тоже стану Магистром. Или хотя бы Мастером. И башню возведу. И может, осную свой собственный род. Пусть не Великий, ибо это невозможно, но все одно он войдет в Совет. А это ведь много. Да, да, много…

Его речь стала неразборчива и Ирграм помотал головой. Во рту было сухо. И воды осталось на донышке фляги. Конечно, принесут еще. Господин ведь желает, чтобы его игрушки добрались до города живой. И позаботится о том.

— И прецеденты есть. Иногда кто-то оказывается достаточно уперт и полезен, чтобы ему позволили. Жить. Работать. И платить налоги. О да, да… налоги городу. И Великим родам. Ведь они заботятся о нас всех.

Теперь он рассмеялся. Горько было. Тошно.

— Я показывал неплохие результаты. Но оказалось, что я, пусть и одарен, но бесталанен. Совершенно бесталанен. Я способен повторить чужое заклятье. Выучить. Использовать. Одно, два… десять. Но свое? Создать что-то? Нет, это не то… к тому же трусоват, как видишь. И в целом никчемен.