Книга Эльфийский апокалипсис, страница 82 – Екатерина Насута

Сдержался. И машину удержал. Иллюзия на наличии ям никак не сказывалась.

Остановился Кошкин уже на той стороне, позволяя себе перевести дух.

Граница осталась позади. Впереди была проселочная дорога, но уже обычного вида, старая, но не совсем уж заброшенная. По обе стороны поднимался лес, тот же ельник, но лишенный зловещей мрачности. И туман исчез. И желание убраться.

Стало быть, дело даже не в иллюзии, точнее, не только в ней, но и в ментальном воздействии, причем такой силы, что пробило стандартные щиты. Павел вышел из машины и принюхался.

— Любопытно, – пробормотал он, вытащил телефон и хмыкнул.

Связи по-прежнему не было, даже выделенный канал перекрыли. И кто бы это ни сделал, вряд ли он был не в курсе, что нарушает закон.

Кошкин тронул языком ноющий зуб и потянулся. Кажется, нынешняя поездка будет куда более увлекательной, нежели ему представлялось.

— Что ж, – он вернулся к машине, – если дорога, то куда-то да выведет…

Дорога привела к посту.

Вновь ощутив желание свернуть и убраться куда подальше, Павел активировал артефакт ментальной защиты. И желание исчезло. Затем встретилась пара противотанковых ежей, что было совсем уж странно для местечковой проселочной дороги. За ежами обнаружился военный джип той усиленной модели, которую пытались всунуть спасателям, не понимая, что утяжеленная неповоротливая дура – совсем не то, что надо. Да, проходимость и защита хорошие, но… медленный очень. И здоровый. И бензин жрет как не в себя.

Сейчас автомобиль перегораживал дорогу.

За ним проглядывали еще два, неплохо так нагруженные – пулеметная установка смотрелась вполне органично. Дальше, уже на обочине, наполовину сползши в лес, словно надеясь укрыться в нем, закопался в сухую листву фургон связи. Над ним уже распустилось кружево антенн… ага, и ретрансляторы полевые, и усилители. И главное, никаких опознавательных знаков на боках. Стало быть, машинка во владении незаконно. Законно такие в частные руки не передают.

— Эй! – Павла заметили, и на дорогу выскочил мужик в бронежилете с автоматом наперевес. – Стоять! Вылазь!

Павел остановился. Переть на преграду было глупо, да и поговорить с человеком стоило. С людьми вообще надо разговаривать.

— Доброго дня, – сказал вежливо.

— Руки! Поднял! – И автоматом тычет. Ну вот кто в малознакомого человека сразу автоматом? Но Павел сдержался. – Ты кто такой?

— Я? Павел. Кошкин. – Он и руку протянул, от которой мужик с автоматом шарахнулся. – А ты кто? А что тут у вас?

— Ты откуда взялся?

— Так оттуда. – Павел махнул. – Слушай, что за хрень творится? Еду, еду себе, а тут бац! – и лес такой, что прям страсть! Темнота. Елки шумят, качаются. Туман какой-то…

— Вот и ехал бы назад.

— Не могу.

— Чего?

— Ну… к маме еду. Она загостилась, вот я навестить хочу. Да и племянничка тоже. Племянник у меня в Подкозельске. Молодой. Безголовый…

— Слушай… – Мужик автомат опустил и замялся, явно не зная, как быть. – Ты бы это, повернул назад. Нельзя в Подкозельск.

— С чегой-то?

— С того, молодой человек, – из-за джипа показался другой тип, без бронежилета, но артефактами обвешанный, как елка игрушками. Главное, мощные, но бестолковые какие-то. – Что в Подкозельске и окрестных землях объявлена чрезвычайная ситуация.

— Да? – искренне удивился Павел, потому как с полчаса тому связывался и ни о каких чрезвычайных ситуациях в округе ему не докладывали.