Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
— А барсука? — Пусть лежит себе с миром. Я в молодые годы тоже чудил. Потом прошло. Леший кивнул и выдохнул. Почему-то доброго Чесменова он опасался куда сильнее, нежели объекта с его потенциально высочайшим гневом. — Что до остального, то да, мальчика вытащить надо. – Князь опять задумался. – Хотя не уверен, что получится. На связь он давно не выходит, значит, или раскрыли, или просто под зачистку забрали. Нехорошо… Для мальчика – так точно нехорошо. Но Леший пил чаек. И булку свежую жевал. — С другой стороны, коль Сумароковы утверждают, что он жив, значит, еще жив… Булкой Леший подавился, и князь любезно постучал по спине. — А эти тут… каким… — Не поверишь, случайное совпадение. Хотя чем больше думаю, тем… Скажи, Алексей, ты никогда не думал, что окружающий нас мир может проявлять некоторую разумность, хоть и отличную от человеческой, и волю? – И поглядел снова по-доброму. А Лешему подумалось, что то ли князь свихнулся, все же возраст у него почтенный, то ли… Но честно ответил: — Нет. — Череда совпадений там, череда совпадений тут… С другой стороны, какая, если так-то, разница? Главное, Сумароковы заинтересованы в том, чтобы мальчик вернулся в семью здоровым и по возможности целым. С его делами, конечно, будем разбираться, хотя уже та информация, которую он слил, многое искупает. Да, многое… И опять замолчал, задумавшись. — Полезная? — Очень. Полагаю, в империи на несколько родов станет меньше. Торговля дропами, создание, поставка… и все остальное. Это из обычного, так сказать. Еще взятки, шантаж, устранение конкурентов. Торговля людьми. Последнее – почти в промышленных размерах. Под прикрытием работы на ряде предприятий. Да… Не говоря уже о прочих мелочах. – Чай закончился быстро, и Чесменов сам долил. – Мнится, мальчик знает больше. Не все и не всегда можно облечь в слова… — Но где мне его искать? — Полагаю, – князь и себе чашку наполнил, добавивши сахару, – искать нужды нет. Сегодня ментальные подавители заработали в усиленном режиме. А значит, день-два, может, через три, но нас всех отвезут куда-то… Так что, Лешенька, терпение и еще раз терпение. — А… — И да, дорогой мой, названый ты жених или как иначе, но Софьюшка к девочкам очень привязалась. Да и я, признаться. И если вздумаешь голову кому дурить… – И замолчал. А улыбка стала до того доброй, что Леший едва чаем не подавился. — Эй, хозяева! – донеслось со двора. – Есть кто дома… — Явились, – скривился Чесменов. – Донесла… — Думаете? — А тут и думать нечего, Лешенька. Наша соседка очень тесно сотрудничает, если так можно выразиться. Уж не знаю, выгоду ли ищет или по велению души. Но ты иди, пообщайся… Леший кивнул и поднялся. А тип знакомый. Правда, в дневном свете он выглядел куда презентабельней, нежели ночью. Харя круглая, гладкая. И наглая до крайности. А происходит эта наглость от четверки мордоворотов, которые даже не пытаются делать вид, что случайно заглянули. — Здорово. – Леший руку протянул, и ее приняли, пожали аккуратненько так, заодно кинувши легкое сканирующее заклятье. Ну да штатный медальон отразит, и вернется заклятье с пониженным уровнем. — И вам доброго дня. Позвольте представиться. Тополев. Леонид Евгеньевич. – И руку стискивает. Леший, осклабившись, тоже стиснул. Не так, чтоб пальцы сломать, но чтоб силу дать почувствовать. – А вы кто? |