Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
Ведагор осторожно погладил это дитя по спине. — Ты позволила? — Мы думали, он нас любит… Все равно любит, несмотря ни на что. А там снова камень. И он взял клинок. А потом стало больно-больно, и она не смогла удержаться. Я не смогла удержаться, – прошептала тьма. – Он пытался забрать… подчинить… – Но не в силах человеческих подчинить предвечную тьму. – Он тоже умер. Там. Но наше сердце раскололось от горя. — То, которое… Кивок. Девушка отстранилась и произнесла уже голосом Офелии: — Спасибо. Странно… Я думала, что убью тебя. Потом. И наверное, действительно убью. Но она очень путает мысли. Пытается не мешать мне, но это сложно… – Офелия сдавила голову руками и сделала вдох. – Отпусти. Не буду я его трогать! Не буду, сказала! Слово даю! Вот видишь, из-за тебя со своей единственной подругой чуть не поссорилась, – было сказано хорошо знакомым капризным тоном. — Извини, – пробормотал Ведагор. — А теперь врешь. Не чувствуешь вины. Ладно… Нам недолго здесь. И пока я еще что-то могу… Я ему рассказала. Отцу. Когда убила Викусю. Я тогда очень испугалась. Сильно-сильно. Все-таки я была ребенком. Знаешь, когда тьма поглощает жизнь, это тоже завораживает. Отец приехал, говорил… потом мы куда-то отправились. Мне дали лекарство, и я почти все время спала, поэтому помню мало и плохо. Она тогда не занимала мое тело, как сейчас. Думаю, он изучал меня. И решил, что мне надо вернуться. Сволочь. Как можно вернуть своего ребенка в место, которое сводит его с ума? Не увезти на другой край света, не подобрать целителей или душеведов, или черта лысого, а просто вернуть? — Папа сказал, что Викуся сама виновата. А я должна подружиться с тьмой. У меня ведь нет подруг? Вот и надо новую завести… Точно сволочь. — И вы подружились? — Да. Это оказалось несложно. Ей тоже было одиноко. Очень-очень. И мы вместе играли. Я ее учила. Здесь ведь все другое. А она учила меня. Мы разбирались… — И убивали. — Убивали, – не стала спорить Офелия. – Она ведь была такой голодной. Не всегда получалось сдержаться. Но папа помог. Он привозил тех, кого убивать можно. Это чудовищно, правда? — Да. — Хорошо, что ты не врешь. Я ведь знаю, что чудовищно. Теперь. Тогда… тогда я верила ему. Он говорил, что главное – наш род. Что нужно его сохранить, преодолеть проклятье, которым одарили Вельяминовы. Что именно из-за проклятья у него нет сыновей. И я хотела помочь отцу. Наверное. Или нет? Он ведь плохих людей привозил. Очень плохих. Они заслуживали смерти. – Офелия принялась покачиваться, а огоньки свечей вдруг мигнули, приседая. – Я ведь была ребенком… была… — Была, – подтвердил Ведагор. — Но уже давно не ребенок… Наверное, тогда бы я могла уехать, но не теперь. Теперь я и она – мы вместе. Навсегда. И он этого хотел. Он не скрывал документы. От меня. Там, дома… он проводил опыты. Раз за разом. Искал идеальное вместилище… чтобы возродить ее, понимаешь? Я ему не нужна! Нужна она! Но и ее он не любит! — Тише… — Я тихо… Он считал меня дурочкой. Я давно подозревала, что он врет мне, и притворялась. А он всегда полагал, что я не слишком умна. И легко поверил. Все поверили. — Даже я обманулся. Ты талантлива. — Правда? – В безумных этих глазах виделась радость, такая детская, от которой сжимается сердце. — Правда. |