Онлайн книга «Эльфийский апокалипсис»
|
Слегка успокоив колотившееся сердце, Юлиана поднялась, опираясь на дерево. Под пальцами ощущалась скользкая влажная кора, по руке пробежало что-то, но орать сил не было, и несколько минут она просто стояла, пытаясь отдышаться и сообразить, что делать дальше. Левая туфля потерялась. Правая сбилась с ноги. Надо бы тоже выкинуть, толку от них… Хотя жалко, ползарплаты ушло. Для красоты. И свидания с перспективным ухажером, который не оценил, правда, ни Юлианы, ни туфлей, а лишь ныл, что ныне все бабы меркантильные пошли. Мол, так и норовят беспечного юношу в ресторан завлечь и объесть его со страшною силой, и потому требовал от Юлианы немедленной клятвы, что она не такая. — Дура, – пробормотала, прислоняясь лбом к дереву, – какая же я дура… Ведь просто хотела журналистикой заниматься. Выучиться, работать, чтоб не зависеть ни от кого… И теперь что? Сожрут… или воскресший просветленный барсук, или остальные, непросветленные… Она разжала руки и прислонилась к стволу. Страх постепенно ушел, а она выбралась на какую-то полянку, посреди которой ручеек тоненький бежал. И наверное, глупо пить воду из ручья, она неочищенная и в целом опасная, и нужно дезинфицировать или хотя бы отфильтровать, но… Фильтровать было нечем, а пить хотелось, и, опустившись на корточки, Юлиана зачерпнула воды. Сладкая. Холодная. И вкусная. Почти как дома… хотя про дом вспоминать не хотелось. Но, если выберется, все одно маме позвонит, выслушает упреки и согласится даже, что она, Юлиана, особа до крайности неблагодарная, опозорила и родителей, и сестер, и всю родню, какая только есть, включая пятиюродную тетку Михалину, пребывающую в глубоком маразме. Пускай. Юлиана согласится. И покается, быть может. Главное, поймет, что мама жива. И сестры. И… Выбраться бы. — Так, – Юлиана омылась этой водой, – хватит сопли по кустам развешивать. Надо вставать и идти. И позвать на помощь. Ночь, конечно… Собственный звук голоса успокаивал и помогал собраться. Она поднялась. Кое-как оправила одежду и, оглядевшись, крикнула: — Помогите… – Эхо разлетелось во все стороны, и показалось, что это ее, Юлиану, зовут. А куда и зачем? И как… – Ау!.. – Тишина. Она откашлялась и постаралась крикнуть громче: – Ау! Потом достала телефон и включила фонарь. Может, если не услышат, то хотя бы увидят? Желтое пятно снова появилось, и вид его успокоил. Оно прыгнуло на воду. Траву. Снова на воду. На дерево. На куст. Снова на дерево, а уж с него – на медвежью морду и снова на дерево. Что?! Юлиана дернула рукой, и кругляш света замер на морде огромного зверя, который тихонько стоял меж двух берез и разглядывал Юлиану с неменьшим интересом. — М-медведь… – Невидимая рука сжала горло, а в голове мелькнуло, что сама виновата. Кто-то ж загрыз того барсука. Огромного просветленного барсука… Может, медведь тоже просветлился? — Медведь, – сказала Юлиана, сделав маленький шажок и стараясь припомнить, что слышала о медведях. Они ведь не всегда нападают. Еще можно прикинуться мертвой. Или залезть на дерево. С этим вряд ли выйдет, она никогда-то особо не умела лазить, но… Сердце зашлось, а телефон вдруг выскользнул из рук, и она снова оказалась в темноте. В той темноте, в которой где-то рядом был медведь. И Юлиана заорала, что было сил, а тьма отозвалась протяжным рыком. |