Онлайн книга «Эльфийский бык 1»
|
— Жрешь ты за троих. Пастись, как нормальная скотина, не желаешь… а толку от тебя? Мычание с другое стороны ограды окрасилось иными нотами, одобрительными. Яшка, к брату относившийся с привычною ревностью, даже на задние ноги привстал. А передние на ограду и примостил, и голову вытянул. — Вот впущу его… и посмотрим. Менельтор лишь хмыкнул. Не верит, значится… — Вот чего ему не хватает-то? — задала Маруся вопрос, который, кажется, волновал всех. — Может, маги помогут? — Аленка не удержалась и погладила быка. Пусть и огромный, что гора, в полтора раза больше обыкновенного, но ведь ласковый же ж. И мягонький. Шерстью покрыт шелковистою того нежно-золотого оттенка, которая только у этой породы и случается. Глаза синющие, с длинными ресницами. Рога тоже золотые, что твои полумесяцы… — Сомневаюсь, — это Маруся сказала, дверцу в загон прикрыв. И к Яшке заглянула, который устремился к хозяйке с топотом. — Осторожно, балбес, снесешь же… Бык ткнулся носом в живот, замычал, заурчал, выгибаясь. И тоже ухо подставил. — Где опять поранился-то? — Маруся ткнула в свежую царапину. — На поле пробраться пытался? Яшка сделал вид, что ему совестно. Потупился, голову склонил… — Мало тебе того, что рог обломал? Так ведь, если поймают, Севрюгин чисто из поганого характера на колбасу тебя пустит… Яшка фыркнул и ударил копытом, а потом головой затряс и замычал, протяжно, громко. На голос его Менельтор повернулся и ответил коротким то ли стоном, то ли вздохом, в котором почудился укор. Мол, чего суетишься-то? — Эх ты… бестолочь… вот если бы… — впрочем, вслух Маруся ничего не сказала, только рукой махнула. И принялась выбирать из путаной Яшкиной шерсти колючки, которые он умудрился где-то отыскать. И вот где, если из загона его третий день не выпускают? — На от… Она вытащила из кармана горбушку хлеба. Может, Менельтор и был красив, но хлеб она носила именно Яшке. И тот знал, задышал, зафыркал и глаза прикрыл… глазами и рогами они и были похожи. Немного. — Ты чего хотела-то? — спохватилась Маруся, закрывая второй загон. Яшку надо было подержать пару дней, пока Севрюгин подуспокоится, а то ишь, выдумал, что Яшка ему поле потоптал… да не было Яшки на том поле! Не могло быть! — Маги приехать должны. — Знаю. — Мы там в клуб кровати принесли. Две. И еще матрасы… Сенька душ летний сфарганил… — Молодцы. — Марусь, ты чего? — Аленка всегда чуяла настроение. — Опять… — Быка придется продать, — произносить это вслух не хотелось. Но и врать себе Маруся не привыкла. Аленка шмыгнула носом и Яшка, почувствовав переменившееся настроение, бросил траву, затрусил к ограде и морду сунул меж штакетинами. — Сама не хочу, но видишь же… не потянем. Его кормить надо нормально, витамины… для шерсти вон… у него шампуней больше, чем у меня. И ладно бы… работал… тогда б просто на вязках все бы отбили. А так-то… я на начало сентября на выставку заявилась, — Маруся вытерла вспотевшие ладони и в карманы сунула, чтоб не видно было, как руки дрожат. — Народного хозяйства… в Петербурге… императорскую… там… думаю, оценят. Выглядел-то Менельтор внушительно. — Можно будет и на месте договориться, если предложение хорошее… — А… как… ну… — Аленка почесала Яшкину наглую морду, и он в ответ мазнул лиловым языком по пальцам. — Обстоятельства… |