Онлайн книга «Смерть ничего не решает»
|
Мужчина вытащил из закутка табуретку и, чуть сместив перевязь с мечом, сел напротив Турана. — Ирджин, не свети в лицо, лучше пододвинь стул для уважаемого… — Ради Всевидящего, без имен. — Сутулый наир с небрежно собранными в косу рыжими волосами шагнул в освещенное пространство и, подождав, пока Ирджин подвинет кресло, плюхнулся в него. Поерзал, усаживаясь, и скрестил руки на груди. Запястья тонкие, пальцы длинные, кожа светлая, почти белая, словно покрыта слоем мела. — Без имен, любезный Кырым, их контора просто пошлет и его, и нас. — Этот худ, болезненно костист и смугл. Типичный волох. Знатный. Тегиляй его расшитый узорами из конских голов, стоит едва ли не больше, чем эта корчма. Нагрудные пластины отливают характерной синевой измененной стали, и поверху тончайшая чеканка, с выпуклыми медальонами и серебрением. — Значит так, кхарнец, чтобы ты понял всю серьезность наших намерений, сообщаю: я — Урлак-шад, посажный князь уделов Рухим, Ольфия и Домбраст. Надо объяснять, что это значит? — Не надо. — Вот и замечательно. Это, — ладонь с повисшими на ней четками качнулась в сторону пожилого наир, — достопочтенный хан-кам Кырым. Надеюсь, тоже понятно? Туран кивнул. — Может, лучше я? — мягко вклинился поименованный Кырымом. — Хватит. Вы ему сейчас очередную лекцию про политику начнете читать. А его понимания здесь не требуется. Требуются простые действия. Пожилой кам громко вздохнул и отвернулся. — Мы знаем, что ты — кхарнский шпион. Ты прибыл воткнуть очередной кинжал в тело каганата. Да, чтобы у тебя не было иллюзий — у меня руки чешутся срезать с тебя пару кусков кожи… — Урлак, прекратите немедленно. Вы забываетесь! — Голос кама звенел силой, неожиданной для такого тщедушного тела. И опоясанный мечом мужчина, глубоко вздохнув, продолжил чуть спокойнее: — Я просто хочу, чтобы между нами не оставалось ненужных вопросов. Да, я не люблю этой вашей кхарнской возни, когда уважаемые торговцы вдруг оказываются шпиками, а ярмарки в каком-нибудь Хурде оборачиваются восстаниями или, упаси Всевидящий, мором. Но я понимаю, что движет вами. Страх. Страх того, что мы перейдем Чунай, сумеем прибрать пограничные крепости и наведем порядок. О каком порядке он говорит? Не о том ли, при котором умирают города и люди, а земля на локоть вниз пропитывается ненавистью? Их порядок — висельники вдоль тракта. Их порядок — загон для овец, где зверя приходится учить быть зверем. Их порядок… — Так вот, Туран, можешь успокоиться. У тебя появился шанс. Считай, что тебе удалось на никчемных ящерицах выиграть хан-байгу. Поэтому слушай внимательно и соображай. Повторять я не люблю. Посажный небрежно повел рукой, и Ирджин подал непонятно откуда взявшийся кубок. Сделав большой глоток, Урлак продолжил: — Тебе известно, что скоро мы подпишем с крыланами мир. Война окончена. Это значит, что Наират получит передышку. И эман. Много эмана — много возможностей для подготовки большого похода, того самого, которого вы так боитесь. Два-три года и у кагана будет достаточно сильная армия, чтобы двинуться на Чунай. Тогда же найдется применение и ящерам. У вас есть два варианта. Первый, привычный вам: усиливать пограничье и молиться Всевидящему и вашим пушки. И надеяться, что големы не дойдут до мест сражений. Хотя нынешняя война подарила нам неоценимый опыт: как выяснилось, можно обойтись и без големов. А потому советую обратить внимание на второй вариант… |