Книга Ещё более Дикий Запад, страница 98 – Екатерина Насута

А ведь проглядывалось в этом человеке, что устроился напротив Чарльза, что-то донельзя знакомое. Не столько в чертах лица, сколько в движениях этих, ленивых да плавных, в характерном повороте головы, будто он норовит заглянуть за левое плечо.

В том, как он держит сигару.

Скрещивает руки, потирая палец о палец.

Где-то Чарльз видел подобное. Но где? У кого? И мучительно вспоминать, потому что не вспоминается. Граф потряс головой.

Все одно не вспоминается.

Семья непростая. У простой не хватит ни связей, ни денег, чтобы вывезти опального мастера из столицы. Чтобы договориться с племенами.

Построить город.

Финансировать исследования.

— Чего вы хотите? – тихо поинтересовался Чарльз, и от догадки по спине поползли мурашки.

— Я?

— Вас ведь не трогают. Вы можете жить и дальше. Но вмешиваетесь.

Легкий наклон головы. Насмешливый взгляд.

И догадка обрела плоть.

— Пока не трогают. Но это дело времени. Ему просто некогда. Он спешит укрепить ту странную власть, которую обрел, сам понимая, сколь она шатка.

Дэн потер пальцами подбородок, окончательно подтверждая, что Чарльз не ошибся. Эту привычку он видел у одного человека. У того, кого не могло здесь быть.

— Но как только у него появится время, он займется…

— Конкурентами?

— Простите? – с явной насмешкой переспросил хозяин. – Кто я, чтобы быть конкурентом самому Великому Учителю?

— Учителю – возможно, и нет. А вот императору вполне можете.

Дэн хмыкнул.

— Отец говорил, что наше сходство весьма условно.

— Внешнее. – Чарльз вдруг совершенно успокоился. И не то чтобы понял, что им делать, поскольку и вправду план «как-нибудь» доверия не внушал. Скорее уж обрел некую уверенность, что они не одни. – Но если говорить больше. Шире…

— Глубже, – не удержался Дэн.

Нехорошо именовать отпрыска великой семьи по имени. Хотя… если он инкогнито и сам разрешил, то, наверное, можно.

Маменька точно знает такие тонкости.

Но маменьки рядом не было, а отпрыск великой семьи спокойно намазывал масло на ломоть хлеба. И действовал с немалой сноровкой.

— Я долго думал, кому это может быть выгодно, Чарльз…

— Что-то я ничего не понимаю, – проворчал Эдди, откинувшись на спинку стула. – Но послушаю.

— Кофе! Будьте так любезны…

Эдди поднялся.

— Так вот, относительно выгоды. Как я уже сказал, этому клоуну не позволят занять трон. Он слишком уж… претенциозен. Неуправляем. Искренне уверен в своем могуществе и непогрешимости. А это опасные черты. Нет, скорее всего его используют. Вот на роль пугала он годится как нельзя лучше.

Дэн наблюдал за Эдди с немалым интересом.

— Но вот кого посадят на место моего дядюшки? – продолжал он.

— Дядюшки?

— Троюродного? Или четвероюродного? Признаюсь, генеалогия никогда не была моей сильной стороной. Как бы там ни было, но нашему дорогому Учителю позволят вырваться за пределы города и устроить маленький бунт. С покушением… думаю, ради него все и затевается. И даже императором себя объявить позволят. Чтобы ни у кого не возникло сомнений, кто виноват. А потом бунт подавят. Устроят расследование, заодно разберутся с теми, кто так или иначе лишний.

Эдди с плитой управлялся весьма ловко.

Приживется ли он на Востоке?

Огромен. И кровь орочья чересчур заметна.

Дикий.

И умный. Умнее многих из тех, с кем Чарльзу доводилось иметь дело. Спокойный. Уравновешенный. Готовый пойти до конца за своих.