Онлайн книга «Громов. Хозяин теней 5»
|
Умер он в одно мгновенье, так и не успев нажать на спусковой крючок. Несколько мгновений он ещё держался на ногах, и этих мгновений хватило, чтобы убрать второго, который вместе с усатым склонился над мотором Мишкиной машины, что-то обсуждая. Впрочем, и усатый протянул не дольше. — Раз-два-три-четыре-пять… — пробормотал я. — Чего? — Мишка перевернул лежащего. — Ничего. Связать бы надо, чтоб не ушёл. И дальше идти, пока тревогу не подняли. Не подняли. Не успели. Раз-два-три… в голове всё крутилась дурацкая детская считалочка. И не то, чтобы она имела смысл, но эти вот, раз-два-три… Раз. И обычный сон становится вечным для четвёрки, что устроилась в сарае, на копне душистого сена. Только револьвер выпал из ослабевших пальцев — какой идиот вообще спит на сене с оружием? — и покатился, чтобы нырнуть в копну. Два. И ещё один, что на кухонном столе разобрал старую винтовку и что-то там пытался сделать. Я так и не понял, что. Но явно же — не мирный обыватель. А если так, то и совесть мучить не станет. Три. Тени выбираются на задний двор. Здесь тоже крылечко. А ещё люди. Кто-то на крылечко оперся. Кто-то привалился к стене, смалит сигаретку, пуская сизый дым и переговариваясь с соседом. Мирная картина. Почти. Я придерживаю Тьму, потому что в происходящем надо разобраться. На пятачке утоптанной земли крутится мальчишка, пытаясь уйти от удара. Он скачет то влево, то вправо, судя по всему — давно. Он вспотел, и пот, смешавшись с пылью, облепил и лицо, и драную рубаху, и волосы. — Танцуй! — приказ отдаёт низкий человечек с характерным разрезом глаз. И змеёю вьётся кнут в смуглых пальцах его, играет, касаясь босых ног мальчишки, заставляя того шипеть и прыгать. — Шибче! Шибче! Горыныч, что-то он у тебя слабо пляшет! — хохочет тип с сигареткой. И Горыныч тоже скалится, позволяя пленнику перевести дух Он явно опытен. Он знает, что загнать человека легко, но тогда и забава закончится. А ему охота веселья. И не только ему. Здесь, на пятачке между сараями, я насчитал пятерых. Ну, кроме паренька. Или это амбары? Никогда не понимал разницы. Главное, что пятачок этот тих и далёк от глаз начальства. И потому никто не помешает забаве. Ну, разве что мы. Мальчишка останавливается. — Эй, благородие… вы б в ножки поклонилися, чтоб по-вашему, по-вежливому… А мальчишка непростой. Пусть в пыли и грязный донельзя, дышит тяжко, но выражение лица такое, упрямое. Главное, даже не это. Главное, что я вижу зеленоватый туман, что окутывает тощую эту фигуру. Дарник? Целитель, если не ошибаюсь? — Или вон пляши… пляши, давай! Горыныч! Дай жару! И змея хлыста устремляется к ногам, чтобы ужалить. Не опасно, но болезненно, а ещё с обманчивой неспешностью, которая даёт пленнику надежду уйти от удара. Он отскакивает в сторону, вызывая взрывы смеха. А хлыст ползёт следом. — Что вы тут… — на крыльце появляется ещё один персонаж. — Устроили? — Хорус, мы ж с пониманием, — один из стоявших у стены поднимает руки. — Мы ж так, чутка… веселья только. Вона, целый, живой… Кнут опускается. — …а что попрыгает чутка, так с него, чай, не убудет… И я принимаю решение. Раз-два-три-четыре… привязалось же, однако. Мальчишка вздрагивает и глаза его расширяются, словно он видит что-то. Или не словно? Что-то он и вправду видит. |