Онлайн книга «Громов: Хозяин теней 1»
|
Почему? — Это же сестра государя! — сказал он так, будто это что-то да объясняло. — Она же… она рядом с ним! И что? — С государем! В общем, выявилась существенная разница мировоззрений. — Она, должно быть, красивая… жаль, не увижу. — Может, некрасивая. Принцессы всякие бывают. Помнится, во время очередного тура по Европе Ленка взялась меня окультурить. Ну и себя тоже. Мы тогда две дюжины музеев осмотрели, наслаждаясь шедеврами мировой живописи. Ну… положено же ж наслаждаться. Я тогда уже на третьем музее взвыл. А заодно уж понял для себя, что принцессы, они очень разными бывают. — Неправда! Все дарники красивые… папа… говорил, что некрасивых не бывает… что это… — Селекция? — Не знаю. Что просто вот повелось, что дар, он на человеке сказывается. Вот… и у охотников тоже, только иначе. — Это как? Вот данный момент мне был куда интересней, чем приезд государевой сестры, которую я, если и увижу, то издали. Ну и на хрена, спрашивается? — Это… вот к дарникам люди тянутся. Чуют вышнюю благодать, — пояснил Савка важным тоном. — А она к душе приятна. У Охотников же сила нави, и она пугает. Стало быть, вызывает инстинктивное отторжение. Плохо это? Не знаю. — И чем сильнее, тем оно… хотя отец говорил, что и дарники, и охотники учатся управлять. Закрывать… но обычные люди всё одно чуют. Во двор вползала череда машин. Раз, два… Дюжина? А ещё тянутся и тянутся. — Строимся! — раздался резкий окрик наставника. — Батюшка Афанасий… — Поём! — бас батюшки перекрыл иные звуки. — Ну же, дети… государевы… покажите вашу благодарность. Тут же задребезжала пианина, которую вытянули во двор заблаговременно. И заскрипел, зашипел, плюясь помехами, граммофон. Впрочем, в общую разноголосицу это вписывалось вполне себе гармонично. Из машин выходили люди. Кто-то пробежал мимо. — Снимать будут… — шепнул рядом парень и старательно потянулся, чтобы выглядеть выше. Мы пели. И потом выступала сперва Евдокия Путятична, которая рассказывала, какая это великая честь и как рады мы приветствовать ту, чьими заботами… в общем, рассказывала долго, красочно и с душой. Сам почти поверил. Потом батюшка Афанасий устроил праздничный молебен. Мы же… Самое интересное, что сестра государя и вправду была прекрасна. Я не знаю, какой её видели прочие, и узнали ли средь свитских, которых набралось едва ли не с сотню. Но мы… если Евдокия Путятична светилась утренней звездой, то сестра государя сияла, подобно солнцу. Свет её яркий и ровный наполнял всё-то тело, и даже каждую складочку платья, каблучки туфель или цветы вот в высокой причёске. И свет этот был одновременно столь ярок, что смотреть на Елену Ивановну было больно, и в то же время притягателен. Отвернуться было категорически невозможно. Мы и не отворачивались. Щурились. Кривились. И смотрели. Савка на неё и только на неё. Я же, когда устал от солнца, спрятанного в хрупкое человеческое тело, обратил внимание на тех, кто окружает её. Пара женщин. Тоже светятся и поярче нашей княгини. Фрейлины? Стаст-дамы? Кто там положен венценосным особам в качестве прислуги? За ними ещё девицы, эти уже каждый на свой манер сияет. И я, пока стоял там, устроил себе развлечение в том, что сравнивал свет. Вот у той девицы нервный какой-то, то вспыхивает ярко-ярко, то почти гаснет. |