Книга Стань моей на месяц, страница 26 – Тая Бэк

— Гражданка Смирнова, вы меня слышите? — доносится будто сквозь пелену голос регистратора.

— Что? — лепечу непонимающе.

— Вы вообще согласны взять в мужья Зотова Сергея Игоревича? — выдыхает шумно тётка с видом огнедышащего дракона.

— Ира, если ты не готова, то самое время отказаться! — шепчет на ухо спутник, а глаза в этот момент такие, что невозможно сказать "нет".

— Да! Готова! — почти кричу я так, что меня, наверное, слышно во всём здании или даже на улице.

— Ну, тогда объявляю вас мужем и женой! — произносит регистратор с облегчением, явно не веря, что всё завершилось благополучно. — Можете скрепить ваш союз супружеским поцелуем.

Я поднимаю взгляд на Сергея, замирая, словно испуганная лань в свете фар автомобиля. Его завораживающие гипнотизирующие глаза приближаются, лишая силы воли и способности соображать. Невольно приоткрываю губы, хотя собиралась дежурно чмокнуть Зотова, без языка и фанатизма. Не получается: мужчина целует меня жадно, страстно и напористо, самое удивительное, что я отвечаю, позабыв даже и про вредную тётку, и про свои сомнения, и про то, что наша свадьба понарошку! Сейчас остаёмся лишь мы: я и этот нереальный, желанный мужчина, которому нестерпимо хочется отдаться прямо здесь и сейчас.

— И что теперь? — счастливо щебечу я, когда Сергей подхватывает меня на руки, чтобы по всем правилам вынести меня из ЗАГСа.

Только зачем нам эти условности и глупые традиции?

Зотов широким движением распахивает дверь, придерживая меня одной рукой, словно я пушинка, а не полноразмерная женщина балансирующая между размерами M и L в зависимости от витка принятия или отрицания диеты. Вспышки фотокамер ослепляют, и я вжимаюсь в плечо мужа, шипя ему на ухо: «А что, предупредить нельзя было?»

— Извини, времени вообще не было! Я как увидел, что на тебя регистраторша наступает, бросился спасать свою принцессу от огнедышащего дракона.

Сердиться на этого мужчину просто невозможно, но пока никто не видит, с силой щипаю его, чтобы не думал, что со мной так просто, а затем натягиваю одну из самых голливудских улыбок, доступных моим губам, и оборачиваюсь к журналистам, надеясь, что этого будет достаточно.

Зотов доносит меня до своей машины, аккуратно опускает на асфальт и распахивает дверцу, куда тут же ныряю, прячась от надоевших журналистов за тонированными стёклами. Бедные знаменитости, как они с этим справляются? Я всего пару раз столкнулась с папарацци, а глаз уже дёргается и хочется запустить чем-нибудь тяжёлым.

— Надеюсь, на этом спектакль закончен? — интересуюсь раздражённо, когда Сергей устало плюхается на водительское кресло.

— К сожалению, нет! — он морщится, будто съел кусок лимона. — Прости, что всё происходит так нелепо и в суете! И спасибо, что согласилась идти со мной до конца, для меня это очень важно. Я обещаю, что выполню все свои обязательства по договору.

— Ты же говори, что теперь нищий?

— Не настолько, чтобы не оплатить ЭКО. Ну и конкуренты не сумели откусить сразу весь мой бизнес, кое-что у меня всё-таки осталось. Жаль, конечно, империю, которую возводил годами… — задумчиво произносит он.

— И зыбкая перспектива занять депутатское кресло стоила этого? — спрашиваю с интересом.

— Да! — говорит Сергей задумчиво, не глядя на меня, погружаясь в свои мысли, будто взвешивая всё ещё раз. — Я уже говорил, что на этом месте смогу сделать многое! Ладно, пора на приём, нас, наверное, заждались.