Онлайн книга «Уроки любви»
|
Я улыбаюсь, смотрю в окно. Сентябрь в Якутии уже вовсю заявляет о себе: деревья стоят золотые и багряные, воздух прозрачный и свежий, а небо такое высокое, синее, что дух захватывает. Анжелика болтает без умолку – про садик, про подружку Машу, про новый танец, который мы разучиваем на занятиях. Ей всего четыре, и она вся в движении, в музыке… В этой жизни… — Мам, а я когда-нибудь буду танцевать, как ты? – вдруг спрашивает она. – Ты научишь меня так же? — Конечно, милая. И не только танцевать. Всему, что знаю научу. И папа тоже. Кирилл подмигивает мне через зеркало, и я чувствую, как сердце наполняется теплом. За эти годы всё встало на свои места. Мы нашли свой ритм, как в танце, только ещё надёжнее… Мы чувствуем друг друга. Именно так, как принято в любящей семье… — Гони быстрее, шеф, а то пиф-паф будет! – дочка подставляет два пальца к плечу Кира, а я выпучиваю глаза, глядя на неё, пока он ржёт. Ребёнку четыре всего… Я в ужасе. — Это что такое?! Анжелика?! Ты где это взяла?! — В мультике… – стыдливо говорит, глядя на меня испуганным взглядом. — Малыш, так нельзя делать… Так плохие дяди делают… И всякие злодеи, а ты же у меня хорошая… – говорю ей, поглаживая по спинке, и она кивает. Я с упрёком смотрю на Кирилла, который хрюкает за рулём. Очень смешно… Его же гены… Дом отца выглядит так же, как и в тот день, когда мы впервые приехали сюда. Только теперь во дворе стоит маленькая горка, которую Кирилл сколотил для Анжелики, а на крыльце стоят яркие резиновые сапожки дочки. Она постоянно забывает их здесь, а потом носится по лужам, как оголтелая. Отец открывает дверь ещё до того, как мы подходим. И я знаю – он ждал. Глаза светятся, руки уже раскрыты для объятий. — Мои дорогие! – восклицает он. – Где моя самая любимая девочка?! Анжелика вырывается из моих рук и несётся к нему, а я смеюсь. Когда-то я была его самой любимой девочкой… Я помню это, как сейчас. И от ощущения, что моя дочь имеет такого любящего дедушку на душе так хорошо… — Дедушка! Я тебе стихи выучила!!! — Правда? – он подхватывает её на руки, кружит. – Тогда сначала стихи, потом кораблики! Мы с Кириллом переглядываемся и смеёмся. Там стихи, конечно, три строчки, но с каким выражением она их читает. С ума сойти… Кир берёт сумки, я – коробку с тортом, который мы с Анжеликой пекли вчера вечером. Она сама раскладывала ягоды сверху и строго следила, чтобы крем был ровным. — Пахнет волшебством, – замечает отец, когда мы входим в дом. – И чем‑то очень вкусным. — Это мы с Анжеликой старались, – гордо отвечаю я. – Она главный кондитер. — А папа как же? – хитро прищуривается дочка. – Он помогал! — Папа только подносил ложки и тарелки, – смеётся Кирилл. – Но очень ответственно… За столом раздаётся смех, разговоры, аромат чая с якутскими травами, который отец всегда привозит от знакомого-коллеги с вахты. Анжелика уже не сидит на месте: то показывает дедушке свой новый танцевальный элемент, то учит его хлопать в такт, то тащит за руку в коридор, смотреть рисунки, которые она нарисовала специально для него и привезла из дома… Непоседа такая, что никому не даст заскучать… — У неё твой талант, – тихо говорит отец, пока она убегает за альбомом. – Такая же живая, такая же светлая. — И твоя доброта, – добавляю я. – И Кирина надёжность. Она вся из нас троих… |