Книга Тьма. Игрушка мажора, страница 9 – Ника Княжина

Этот мажор чуть не отбил всю охоту когда-либо целоваться. Хочу теперь антисептик. И чтоб это всё забыть, как страшный сон. Ну их, этих парней, куда подальше. И чего такой ажиотаж вокруг всего этого ходит?

— Ну что ты напряглась, Ириш? Неужели совсем не понравилось? Искры не полетели?

— Нет, конечно! Не понравилось! И ты мне не нравишься! Ты вообще мой сводный брат, и так делать нельзя! Это… извращение какое-то!

— Ой, да ладно тебе, — морщится Матвей. — Кто вообще на это смотрит? По крови-то мы не родственники. Если предки решили пожениться на старости лет, нам-то какая разница на это? Да и не предлагаю я тебе встречаться. Просто трахаться будем.

Мои глаза расширяются от изумления.

Это ещё хуже, чем я думала. Он не просто рассчитывает целовать меня, он… уже вот так серьёзно рассматривает всё. Хочет сделать меня своей сексуальной рабыней!

В этот момент звонит его мобильный, и Матвей отступает. Выпускает меня из своих рук и достаёт из кармана джинсов телефон.

— Да? Я сейчас занят, что там у вас? — раздражённо отвечает.

Я думаю не больше секунды, что мне делать. Его спина отдаляется. А дверь совсем рядом со мной.

Выбор очевиден. Обхватываю ручку и вылетаю в коридор.

________________________________

Я несусь по ступенькам так, будто на меня демоны объявили охоту. Что вообще-то недалеко от истины. Я даже представить себе боюсь, что ещё может придумать Матвей.

Ноги едва касаются лестницы. Преодолеваю её в считанные мгновения.

Сразу же врываюсь в столовую. Запыхавшаяся, испуганная, безумная… и останавливаюсь у входа в помещение. Застываю истуканом.

— Что случилось, Ира?

Мама смущённо отодвигается от Кирилла Юрьевича. Кажется, я только что застала их поцелуй. Фу! Кажется, меня сейчас стошнит. Кто вообще добровольно готов делать это?

Мне до сих пор чудится, что на моих губах губы мажора. И это… ну странно же!

— Здравствуйте, — обескураженно произношу я.

Вежливость, конечно, никто не отменял. Но дело даже не в этом. Я просто понимаю, что вовсе не готова выкладывать маме всё то, что происходило сейчас наверху. Что я ей скажу сейчас?

Что меня обозвал игрушкой и поцеловал сводный брат?

Боже. Что за нелепая ситуация?

Я просто не могу этого сказать.

— Добрый вечер, Ирочка. А где Мотя?

Это уже Кирилл Юрьевич вдруг вспомнил про своего невоспитанного сынка. Но и здесь я не нахожусь, что ответить. Надо было просто свернуть в другую сторону и выйти на улицу. Прогулялась бы, подумала и тогда уже решила бы, что делать дальше.

То, что телефон остался в моей комнате, осложняет дело.

Я могла бы позвонить Илюше. Ему бы я не постеснялась рассказать о поползновениях Матвея. И брат бы точно вступился бы за меня. Но как теперь вернуться к себе в комнату?

А может попросить телефон у мамы?

— А я тут, — вдруг раздаётся за спиной.

Я вздрагиваю, и мне на плечи ложится что-то мягкое и пушистое. С удивлением обнаруживаю, что Матвей принёс мне мой любимый кардиган, который я оставила, кажется, на стуле. Только для чего он притащил его? Опять что-то задумал?

Он собирает мои волосы в свои руки, вызывая волну мурашек. Его пальцы будто бы случайно касаются моей кожи у кромки волос, а потом он отпускает локоны и они рассыпаются по моим плечам.

Сердце выстукивает в груди набатом.