Книга Змей. Скромница для мажора, страница 99 – Ника Княжина

— Дима…

— Постой-постой. Оказывается, это страшно только в первый раз.

— Страшно?

— Да. Я никогда прежде в любви не признавался. Дай осознать торжественность момента. Хотя… Ладно уже, достаточно. Вер, скажи, что ты мне веришь.

— Верю.

— У нас всё хорошо?

— Да.

Дима наклоняется и целует меня. Я пережила за эти несколько часов столько всего, что до сих пор штормит. Сносит всё, переворачивает, бьёт по нервам. Просто невероятно. Я, кажется, несколько раз запуталась и распуталась.

Но теперь уверена. Он не обманывает. Он мне в любви признался. А Полина… видимо, ей нельзя доверять. Ещё помнится Лиза отзывалась о ней плохо, а я взяла и поверила на слово незнакомке… Как можно верить той, кто так легко пошла на предательство? Спала с другом Димы…

Наш поцелуй становится только жарче. Я отвечаю. С отчаянием. Кажется, мы оба пытаемся сейчас пережить те несколько мгновений, когда всё чуть было не разрушилось. Доказать, что всё у нас хорошо, что мы любим друг друга.

Я уже дышать не могу…

— Поехали ко мне, принцесса. Поехали?

Дима ведёт носом по моей щеке. Я всё ещё не могу восстановить дыхание после поцелуя. Думаю, что все прохожие в шоке сейчас от нашей жаркой парочки.

И я… киваю на его предложение.

— Ты… не хочешь мне ещё что-нибудь рассказать? — озадаченно интересуюсь я.

Я прохожу в квартиру и удивлённо осматриваюсь. Последний раз я была у Димы несколько дней назад. В тот раз мы уснули с ним в обнимку, и после пробуждения он был сильно огорчён, что между нами ничего не случилось.

А тут… многое изменилось.

Интерьер стал более лаконичным. Первым делом бросается в глаза отсутствие огромного телевизора на стене. А ещё нет дивана. Того самого, на котором Лиза спала в ту безумную ночь, когда мы напились с ней.

Взгляд выхватывает какие-то дыры на полочках. Будто там что-то ещё стояло, но я не помню. И кофемашины нет. Правда я не так часто тут бывала, чтобы приметить всё, но явно же вещей стало меньше!

— А давай потом, — отмахивается Дима и прижимает меня к стене.

Его руки ласкают моё тело. Скользят по груди, по бёдрам, по животу, по ягодицам, по плечам… Он будто срывается с цепи. Будто наконец-то позволяет себе всё, чего так давно желал.

Врывается в мой рот. Целует глубоко, активно. Так, что я тоже теряю сразу контроль. Ноги слабеют, и я уже чуть ли не повисаю на нём. Держусь за Димины плечи, чтобы не упасть ненароком.

Штормит от эмоций. От возбуждения. Итак с трудом докатили. Всю дорогу Дима касался меня. То по коленке проехался будто бы случайно, но по предплечью, то целовал на светофоре…

Мой мозг ещё что-то соображает.

Анализирует.

Пропали вещи. Вряд ли Диму кто-то успел ограбить за эти дни. Он бы о таком точно сообщил. А значит, самое разумное, что можно тут предположить: он сам от них избавился. Зачем? Чтобы раздобыть денег!

Ну или как вариант, он собирается отсюда съезжать и часть вещей уже начал перевозить. Но мне опять же не сказал!

Я с трудом отрываю свои губы от губ Димы. Отворачиваюсь от него, чтобы он снова не захватил меня в плен и не стал целовать.

— Скажи мне… — выдавливаю я. Дыхание напрочь сбито, а я ещё пытаюсь разговаривать. Тело ноет от жажды, и совсем не согласно с тем, что я тут пытаюсь застопорить интересное занятие. Внизу живота всё полыхает уже. — Что происходит? Я сейчас накручу себя и будем с тобой скандалить.