Книга Мажор и заноза. Нам нельзя, страница 89 – Ника Княжина

— Не дождёшься, Яр. Это просто секс, – парирую я.

— Ну тогда держись, Тенёчек. Буду всю ночь тебя «пытать». Уверен, что к утру ты сломаешься. Станешь моей.

Я смеюсь сквозь пробивающиеся на глазах слёзы. Поверить не могу. Меня распирается от эмоций. Он всё-таки вылез из своей скорлупы, сломал стену между нами, потому что… понял, что хочет быть со мной.

Я ведь чувствовала это. Чувствовала, но всё равно одёргивала, чтобы не разочаровываться, если ошибаюсь. Но я была права. У него есть ко мне что-то. И это не только про физическое желание.

— Ну так что, Тенёчек? Пытка или добровольная сдача мне?

— Пытка, – усмехаюсь я, а Яр цокает языком.

Он накрывает мои щёки ладонями и стирает слёзы, а следом нежно целует в губы.

— Что ж… Твой выбор. Но знай, что я никогда не сдаюсь.

И «пытка» начинается…

Ярослав Тормасов

Тенёчек бунтует, повторяя мне в лицо мои же слова. «Это просто секс». Нет, это уже давно не просто. Это стало чем-то серьёзным намного раньше. И хорошо, что мне хватило ума это всё наконец-то осознать.

Я вжимаюсь пальцами в бёдра Алёны и яростно начинаю двигаться. Желание такое сильное, что не могу сейчас притормозить, не могу сейчас быть нежным. Может во второй раз, когда утолим первый голод? Потом. Всё потом.

Сейчас я хочу слышать её громкие стоны, хочу видеть, как она раскрывается передо мной, как шепчет моё имя, как от накатывающих эмоций с её глаз срываются слёзы наслаждения. Впиваюсь в её губы, бешено целую. Забираю её удовольствие себе, выпиваю его, вбираю в себя её сбившееся дыхание.

Переключаюсь на шею. Стараюсь не переходить за грань и больше не кусать её, хотя на каких-то странных первобытных инстинктах хочется снова вгрызться зубами в её кожу. Оставить как можно больше засосов, чтобы все кругом знали, чья она.

— Яр…

Да. Кричи моё имя, Тенёчек.

Усиливаю напор. Толчки выходят ещё глубже, ещё жёстче. Она впивается ногтями в мою спину, царапает. До боли. Но я как грёбанный мазохист только ещё больше возбуждаюсь от её дикой реакции.

Да, впивайся ногтями в меня, терзай, кусай, целуй… Отзывайся на меня, Тенёчек.

Это и есть пытка. Сладкая. Обоюдная. Словно у нас вообще никогда не было тормозов. Мы на всех парах влетели в это чувство. Без перерыва, без передышки. Нырнули с головой на самый океан порока. И поняли, что там идеальное для нас место.

Осталось только услышать её «да». И я не шутил. Всю ночь буду её трахать, доведу до исступления, лишь бы она призналась, что тоже хочет этого. Быть со мной. С таким вот чокнутым психом.

— Ты волшебная, Тенёчек. Невозможно же тобой насытиться, – шепчу ей в ухо.

Целую, прикусываю мочку, за ушком, ниже. Изучаю каждую её реакцию. Понимаю, что хочу бесконечно получать эту дозу удовольствия. Вечность. С ней. Только с ней. С той, кто выворачивает все мои желания наружу, достаёт из глубин то, что я про себя и не знал. Не думал…

Это крышесносное ощущение. Заниматься сексом с той, которую… любишь.

И самое невероятное во всём этом – не моё удовольствие, не мои ощущения, а её. Я не могу оторвать взгляда от её приоткрытых губ, которые она периодически соблазнительно облизывает. Не могу не смотреть на вертикальную складку между бровей, когда из её груди вырывается стон. Не могу не кайфовать от вида трепещущих длинных ресниц, от вида вздымающейся от прерывистого дыхания груди.