Книга Шикарный мужчина. Инструкция по эксплуатации, страница 37 – Мария Коваленко

— Господин Трофимов, я сегодня пережила тяжелый рабочий день и взбучку от начальства, – произношу официальным тоном, оглядываюсь на пузырящуюся водную поверхность. – Если ты сейчас засунешь меня в это, я отключусь.

— Не бойся, Муму, я не Герасим! Клянусь, не позволю тебе утонуть.

Он еще и шутит!

— Это запрещенный прием, – едва сдерживаю стон наслаждения, опускаясь в пенную купальню.

— Разрешенные с тобой не работают. Я уже убедился.

Гордей садится на дно и тянет меня спиной к своей груди.

— А если я не захочу отсюда выходить? – Теплые струи бьют в бока, массируют ноги, расслабляют меня еще сильнее, чем недавний оргазм. – Очередная сестра или кто-нибудь еще, кто здесь у тебя хозяйничает, не будет против?

— Мне показалось, или ты ревнуешь?

— Только если твою ванну. – Извернувшись, целую его в подбородок.

— Ну, если ванну...

Гордей поглаживает меня по плечам, потом ниже. Мыльными руками сжимает грудь. Осторожно сдавливает между пальцами соски. Не задерживаясь, скользит к животу.

Медленно рисует на коже восьмерки. Изводит меня так сильно, что сама приподнимаю бедра навстречу его ладоням.

— Я безумно ревную твою ванну.

Вздрагиваю от первых прикосновений к самому интимному.

— Скажу по секрету, ты ей тоже нравишься. – Гад прихватывает зубами левую мочку моего уха. – Она мечтает, чтобы я поставил тебя на колени и хорошенько отымел прямо в ней.

— Очень развратная ванна. – Раздвигаю ноги шире.

— О да! – Одна из ладоней Гордея спускается ниже и начинает ласкать тугое колечко входа. – А еще она хочет видеть, как мой член фарширует спермой твою попку.

— Даже моя собственная ванна никогда не требовала такого шоу.

Я немного волнуюсь, но пальцы Гордея действуют так осторожно и ласково, что не могу сказать «нет».

— Одна ванна не требовала? Или кровать тоже?

Он толкается языком в ушную раковину. Вылизывает каждый миллиметр кожи. По ощущениям – трахает прямо в мозг. И одновременно погружает палец между ягодиц.

— Местами я девственница.

Кажется, невозможно смущаться, когда тебя берут такими развратными способами, но щеки все равно вспыхивают. Меня заливает жаром с головы до ног. Загораюсь как спичка и от собственного признания, и от тесного проникновения.

— Хочу стать твоим первым. – Палец продвигается еще глубже. Растягивает меня. Без боли. Плавно. Умело.

— Завтра мой последний день в твоём автосалоне, – выдыхаю шёпотом. – Хочешь прощальный подарок?

— Кто говорит о прощании?

Отпустив несчастное ухо, Гордей начинает покусывать мою шею. Прихватывает сбоку, под мочкой. Ведет зубами вдоль вены ниже. И мажет языком вверх.

— Закончим аудит, и я уйду. В другой проект. К новому заказчику.

Вроде бы все прекрасно. Лучший секс в моей жизни. Идеальное место. А на душе становится горько. Я словно уже расстаюсь с ним.

— Ты еще скажи, что на Марс собралась.

В голосе Гордея больше нет никакой мягкости. В нем металл и злость.

— А ты бы полетел за мной на Марс?

Оборачиваюсь. Еще секунду назад я плавилась и засыпала от нежности, хотела секса и удовольствия. А теперь ощущаю сумасшедшее напряжение.

— Дать потрогать ракету? – Он улыбается, но одними губами. Во взгляде нет и намека на веселье. Всю игривость как ветром сдуло.

— Ты обязательно найдешь себе нового аудитора или симпатичную рекламщицу.