Книга Предателей не прощают, страница 69 – Мария Коваленко

— Маленькая певчая птичка… Что ты со мной делаешь? — Под плеск воды за бортом Рауде снимает последнюю одежду и на вытянутых руках, обнаженный, нависает сверху.

Ответ… у меня его нет. В привычной системе координат нет и никогда не было таких мужчин. Даже в фантазиях я не представляла, что мы способны пересечься в одной кровати, а вместо босса и непослушной девчонки стать мужчиной и женщиной.

— Шизею от тебя. — Леонас потемневшим взглядом скользит по мне от макушки до ног. И срывается.

В считаные секунды опытные мужские руки превращают мое тело в один сплошной нервный сгусток.

Я готова взвыть от горячих прикосновений к груди. Жалобно всхлипываю от нежных, подготавливающих ласк между ног. Задыхаюсь от тесного проникновения одним пальцем на всю глубину.

— Как не порвать тебя, девочка? — Лео стискивает зубы до желваков на скулах.

Но не останавливается.

Закинув мои ноги себе на плечи, вылизывает подпухшие складки. Трахает меня языком и посасывает клитор.

Мучает и балует с таким умением и такой настойчивостью, что я взрываюсь пульсирующим оргазмом. Выгибаюсь в дугу до самого пошлого, развратного мостика, какой только можно представить. И ору, срывая голос.

— Лео, — всхлипываю, раскрываясь как можно шире. — Лео. — Приглашаю в себя, словно блудливая мартовская кошка. — Лео… — Тянусь к губам.

— Ева, ты охрененная!

Загибаюсь от этого хрипа. Сгораю от пожара в глазах напротив.

— Твоя…

Покрываю поцелуями его грудь, плечи и шею. Покусываю раскаленную кожу.

— Только моя.

Не дав отдышаться, Лео переворачивает меня на живот. И я вновь улетаю…

Плачу от новой ласки, чувствуя, как он расширяет тесный вход двумя пальцами.

Забываю дышать, когда приставляет к влажным складкам массивную головку.

Медленно умираю, ощущая внутри первое плавное движение.

— Идеальная. — Лео целует между лопаток. — Нереальная.

Остановившись у самой границы, он просовывает под наши бедра свои волшебные пальцы. Успокаивая, мажет подушечками по чувствительной плоти. И делает один резкий толчок.

Я никогда не думала, что можно наслаждаться болью. Она всегда была тем, от чего следовало как можно скорее избавиться — принять таблетку, сделать растяжку или хотя бы прилечь.

С болью от первой близости все иначе.

Самый сладкий вид мазохизма.

Я загибаюсь от этой потрясающей мучительной заполненности. Схожу с ума от ритмичных движений и влажных шлепков. Вязну в боли как в паутине.

Не хочу, чтобы все заканчивалось. Не представляю, как буду жить отдельным существом. Сама по себе без упругих губ, без чудесных пальцев, без члена… там, глубоко во мне.

— Проклятие… Ева. Сдохнуть можно, так в тебе хорошо. — Лео делает последний толчок и резко выходит.

Боясь моргнуть и пропустить что-то важное, я смотрю, как он дергается, как орошает мой живот своим семенем и тяжело дышит.

Самое красивое, что я когда-либо видела. Огромный, мускулистый, потерявший контроль мужчина. Настоящая стихия.

— Я с тобой окончательно слетел с катушек.

Вместо радости мое обнаженное божество смотрит на свою сперму и тихо, сквозь зубы клянет себя матом.

— Ты успел. Все замечательно. — Веду ладонями по влажной от пота сильной груди. Обвожу подушечками маленькие плоские соски. И, пробуя вкус, облизываю пальцы.

— Это ни хрена не замечательно! — Лео целует меня в нос. — Никому и никогда не позволяй так делать!