Книга Не борись со мной, малышка, страница 31 – Мария Коваленко

— Маньяк. Эротический... – Как зачарованная наблюдаю за этим скольжением.

Никогда не думала, что кого-то может возбудить подобная картина. И все же... внизу живота горит и ноет.

— Они словно созданы, чтобы их трахали. – Майор ненадолго останавливается. Пошло ведет языком по внутренней стороне ладони, и пальцами размазывает слюну по моему декольте.

— Я считала, что они для другого.

Чувствую влагу на груди. Мгновение мне холодно, а затем член снова начинает натирать нежные полушария.

— Хочу отыметь тебя между сисичек и кончить в рот. – Будто гипнотизируя, бархатно произносит мерзавец. – Пососешь меня, сладкая?

— Майор, о грибозакаточной машинке тебе не рассказывали? – голос садится.

Это еще не секс, но дыхание перехватывает, а во рту образуется целое озеро слюны.

— А потом я раздену тебя и вылижу, - продолжает свое внушение мерзавец. - Вставлю в твою влажную дырочку сразу два пальца. И буду работать языком так долго, пока ты не научишься называть меня по имени.

— Не помню... никакого имени... – позорно хриплю.

От откровенного обещания внизу не просто горячо, там пожар. И срочно требуется один опытный пожарный с качественным шлангом.

— Егор! - После нового толчка в теле нахала напрягается каждый мускул. – Меня зовут Егор! - Красивое мужское лицо превращается в восковую маску. – Ты смо-жешь! Е-гор, – гад повторяет по слогам и суется толстой головкой между губ.

— А-а... – Член заполняет меня так плотно, что на миг перехватывает дыхание.

Это не первый минет в моей жизни. Но майор гораздо крупнее мужа, а его могучая мачта словно создана для жесткого порно.

— Пиздец, как в тебе классно! – Егор вздрагивает всем телом. - А теперь соси! – Теплые руки ложатся на мое горло, и перед глазами все расплывается.

Глава 21

Егор

До китайского варева добираемся только в два ночи. Оба голодные и вымотанные как волки.

От усталости не хватает сил погреть еду и одеться. Как были голышом, так посреди кровати и едим.

Качественно намятая со всех сторон жрица даже не пытается изобразить гордую и независимую. Аленушка сама берет палочки, коробку с лапшой и, закатывая глаза от удовольствия, наворачивает острые макаронные деликатесы.

Вроде бы ничего особенного. Все остальное она проделывала с таким же наслаждением, но я как пацан залипаю.

Облизываю взглядом тонкие пальцы, полную грудь с подпухшими сосками, узкие плечи и породистое лицо.

Я никогда не был ценителем женской красоты. Чаще выбирал не по фасаду, а на ощупь – чтобы было за что подержаться и куда вставить. Даже женился, потому что понравилось вставлять, и никто не мотал на тот момент нервы.

Лицо и все эти тонкие изгибы были чем-то инопланетным, непригодным для регулярного использования по целевому назначению.

Но с Аленкой... член встает только от того, как она держит в ладони гребаные деревянные палочки и, смешно оттопырив мизинец, ест обычную китайскую лапшу с какой-то там уткой.

Возбуждает до чертиков!

Хочется выкинуть нахрен всю эту утварь и самому подставиться под руки. Сунуться к ней целиком. От макушки до пят! Чтобы гладила своими волшебными пальцами. Рисовала ими горячие узоры. И чесала за ухом.

Самое дебильное желание, которое когда-либо испытывал.

Не секс и даже не минет.

Стрёмное помутнение рассудка.