Книга Не борись со мной, малышка, страница 26 – Мария Коваленко

За четыре месяца все это стало таким родным и знакомым, что радуюсь даже бычкам на газоне и кривым выбоинам на дороге. Мое безопасное жилье! На целых четыре месяца!

Спустя несколько минут после ухода Маша присылает сообщение: «Все в порядке. Ты без хвоста». В целом, наверное, можно расслабиться. Опять пронесло. Однако два тревожных звоночка за одну неделю – это много.

Прежняя, молодая я, вероятно, и закрыла бы на все глаза. Она жила бы, как жила. Но нынешняя я слишком хорошо помню цену за такую невнимательность.

— Добрый день. Николай Петрович. Хочу с вами поговорить, - придя на работу, я останавливаю старшего администратора.

— Привет-привет! Опять тебя всю ночь не будет? – ехидно ухмыляется Скворцов.

— Совсем не будет. Мне нужен полный расчет. - Я давно готовилась сказать эту фразу. Надеялась, что такой момент случится, как можно позже. К несчастью, позже уже некогда.

— Обалдела? Ты и полгода не отработала, - возмущается администратор.

— Мы договаривались, что я смогу уйти так же быстро, как приступила к работе, – настаиваю на своем и последний раз переодеваюсь в дурацкую форму.

— Неделю отработаешь! Без выходных! Потом поговорим.

— Никаких недель. Расчет нужен сегодня же. Завтра я уже не выйду. Будете сами объяснять это боссу, - говорю четко, без запинок, а у самой за ребрами нервный перестук.

— Блин, наберут всяких, а мне потом мучайся.

На мое удивление он больше не спорит. Словно я уже не работаю в этом клубе, Скворцов переключается на другую официантку и позволяет мне спокойно подготовиться к рабочей ночи.

* * *

Смена проходит лучше, чем обычно. Никаких стычек с клиентами. Никаких проблем с кухней. И никаких обнаглевших майоров.

Последнему, наверное, нужно порадоваться. Ума не приложу, как бы я смогла забрать расчет, если бы этому похотливому чудовищу приспичило умыкнуть меня на ночь.

Однако радости почему-то не чувствую. Вместо этого я то и дело оглядываюсь в сторону барной стойки, периодически кошусь на дверь и ощущаю на душе что-то горькое, поразительно похожее на грусть.

Когда заканчивается смена, я не медлю. Забрав у Скворцова свои деньги, ухожу вместе с остальным персоналом. Стараясь затеряться в толпе, иду к автобусной остановке. И, натянув до бровей уродливую шапку, еду до пересадочной станции.

Вроде бы без хвоста, но это не точно.

По возвращению домой тоже не трачу ни минуты. Поблагодарив Машу, веду сына в сад. Ни слова не говорю Ангелине Павловне о том, что Паша больше не придет в свою группу. А когда и садик остается позади, еду за билетами на автобус.

В прошлом у меня не было возможности выбрать направление и построить какой-то маршрут. Я убегала от Марата без плана и подготовки. Это был «пан или пропал».

Сейчас все иначе. Я уже давно решила, куда мы с сыном оправимся дальше. Присмотрела варианты квартир и хороший детский садик в шаговой доступности от дома. Нашла ресторан, куда при везении смогу быстро устроиться официанткой. И прикинула по карте, в какие магазины буду ходить.

На такую основательную проработку ушло несколько недель. Это был способ успокоиться, лекарство от тревоги и воспоминаний о прошлой жизни.

Единственного, чего я не могла предусмотреть – прощание с Машей.

Так получилось, что я знаю, куда поеду, есть деньги на пару месяцев спокойной жизни, но нет ни одного слова для единственного человека, который беспокоился обо мне в этом огромном городе.