Книга Ложь между нами, страница 28 – Мария Коваленко

Я остаюсь на попечение Николая. В отличие от прошлого раза он сидит не в машине, а за дальним столиком, и глазами сканирует зал.

Такой расклад даже лучше, чем свидание. Впервые за тяжелый день я могу подумать о чем-то кроме работы и расслабить свои несчастные извилины. Однако долго наслаждаться одиночеством не удается. Сначала рядом оказывается незнакомый парень. Приостановившись, он оценивающе смотрит на меня и, будто выяснил все, что хотел, кому-то кивает.

Затем на смену приходит пожилой мужчина. Его я уже видела. Он появился раньше нас и сидел за столиком с красивой девушкой. Я бы не обратила на них никакого внимания, но девушка так ласково гладила свой живот, с такой нежностью расправляла на нем платье, что сложно было отвести взгляд.

Когда мужчина занимает место Клима, все вокруг словно затихает.

— Значит, вы его новая игрушка? — Незнакомец заказывает себе коньяк. — Диана, кажется? Бывшая супруга Марка Шаталова.

— Не игрушка. А что касается имени — верно.

После утренних чудес Всеволода Львовича сложно удивляться чужой осведомленности, и все же становится не по себе. Я не самая известная личность. Никаких статей в газетах, фотосессий для журналов или участия в жизни питерского бомонда. В начале брака меня интересовала лишь беременность, а затем — работа.

— Не игрушка, говорите. — Узкие губы брезгливо кривятся.

— Вы подошли ко мне, чтобы оскорбить? Другой жертвы не нашлось или все остальные уже получили свои порции «комплиментов»?

Вижу, как поднимается Николай. Вероятно, чтобы вмешаться. Я останавливаю его взглядом и жестом прошу вернуться на место. Сама до конца не понимаю зачем. Действую скорее интуитивно, чем разумно.

— А вы с характером, — цокает языком сосед и, заметив мои молчаливые переговоры с охраной, задумчиво добавляет: — И еще дерзкая. Совсем не его типаж. Впрочем... — Он с горечью косится в сторону своей девушки.

Если бы не одинаковые обручальные кольца из белого золота, я бы подумала, что эти двое любовники или отец и дочь. Разница в возрасте с виду лет тридцать. Только вряд ли дочь стала бы носить такое же обручальное кольцо, как у отца.

— Вы сказали «впрочем». Не хотите продолжить?

Впервые за вечер мне становится интересно. Наверное, острый приступ мазохизма — нехватка хамства в организме.

— Может быть, все наоборот, — так же загадочно произносит мой собеседник.

— То есть?

— Может быть... — Мужчина медленно смакует свой коньяк, а затем уже совершенно другим тоном начинает рассказывать: — Не знаю, много ли вам известно о вашем спутнике. Он далеко не ангел. Клим Хаванский эгоист до мозга костей. Он с легкостью разрушает то, что другие строили годами. Портит карьеры, лишает состояний и ломает судьбы.

— По вашему описанию Клим настоящее чудовище.

— О нет! — Остатки коньяка незнакомец вливает в себя как воду. — Он не чудовище, он просто ублюдок! Последний ублюдок.

— Жестко!

— Для него нет. Но то, что вы с ним рядом, означает, что у вас тоже проблемы. Я ведь угадал? — Отставив бокал, он слегка наклоняется ко мне.

— Проблемы есть у всех, — не лгу и не признаюсь. Ощущаю себя так, словно прохожу полиграф.

— Если захотите, я вместо Хаванского решу любые ваши вопросы. — Мужчина вынимает из кармана визитку и кладет ее передо мной. — Без условий и оплаты.