Книга Я тебя заберу, страница 10 – Мария Коваленко

— Что ж этому... передовику производства без нашей клиники не жилось? — Закрываю глаза и делаю пару медленных вдохов.

Ничего особенного не произошло. Прошлое — в прошлом. Настоящее — в настоящем. Однако эта непрошеная экскурсия по жизни Шаталова действует на меня слишком сильно. Словно очередная проверка: болит или не болит.

К сожалению, в отличие от прошлых тестов, сейчас я проваливаю сдачу.

— Да кто ж их, богачей, знает?! — Галина Михайловна заканчивает, наконец, пытку фотографиями и возвращается к своему остывшему капучино.

— Никто. — Я поднимаюсь с места.

Кофе уже не хочется. Воды тоже. Желание отсидеться в кабинете до начала приема становится настолько сильным, что сразу же иду к двери.

Ноги сами несут вперед, даже каблуки не мешают. Но стоит распахнуть дверь, и я на полной скорости врезаюсь в чью-то грудь. Твердую как из стали. Легкие тут же заполняются ароматом мужского парфюма. Слишком редкого, чтобы его можно было спутать.

— А это Елизавета Ивановна, — доносится откуда-то сбоку скрипучий голос Аркадия Петровича Савойского, заведующего отделением ЭКО. — Кажется, именно с нее вы хотели начать общее знакомство.

Аркадий Петрович умалчивает о жене Шаталова. Хотя бы перед персоналом соблюдает видимость врачебной тайны. Только мне сейчас на это наплевать.

Будто имеет полное право, Марк скользит горячей ладонью по моей спине. И возбуждается так быстро, что во рту пересыхает.

— Я планировал общаться с каждым лично. В его или в моем кабинете, — добивает Шаталов.

И пока остальные работники клиники спешно поднимают с пола свои челюсти, резко разворачивает мое безвольное тельце в сторону коридора.

Наглость некоторых мужчин сбивает с ног. Наглость этого мужчины сбивает с ног в буквальном смысле.

Чуть не падаю, когда цепляюсь каблуком за небольшой порожек в коридоре. Чуть не ору, когда Шаталов припечатывает меня к своему боку и почти несет.

— Только пискни! — рычит он.

А я в шоке пытаюсь вспомнить, переходили ли мы на «ты» в новой жизни.

Вчера в машине? Кажется, нет! В ресторане? При Кравцове вряд ли.

— Я сейчас не то что пискну, я взвою!

Пытаюсь отбиться от такой помощи. Луплю острым локтем в область ребер, целюсь коленом в бедро. Стараюсь изо всех сил. Но проще сдвинуть гору.

— Обязательно взвоешь! Я тебе обещаю! — Шаталов вносит меня в мой кабинет и захлопывает дверь.

— Что вы себе позволяете? — Отпрыгиваю от него, как мышь от бешеного кота.

Свидетелей здесь нет, можно больше не изображать из себя беспомощную дуру.

— Мы вчера не договорили.

Шаталов настигает меня в три широких шага и прижимает торсом к стене. Той самой, на которой висит целый иконостас дипломов и сертификатов.

Стена гордости... до этого момента. А сейчас стена позора.

— Ах да, точно... — Тело реагирует сильнее, чем мозг. Колени слабнут, по позвонкам катится волна жара. — Кажется, мы говорили о семейных ценностях.

Не знаю, каким чудом я сохраняю мозг в сознании. Но не успеваю договорить, Шаталов с особой одержимостью спешит решить и эту проблему.

— Ты всегда такая острая на язычок?

Он под попу подкидывает меня вверх и как по бугристой горке спускает вниз. Заставляет коснуться всех его выпуклостей. И железного пресса. Идеального, с полным набором кубиков. И бедер. И члена. Налитого. Крупного. По ощущениям, гораздо большего, чем у Кравцова. По памяти тоже.