Книга Бессонница, страница 54 – Мария Коваленко

***

У каждого в жизни бывают периоды затмения. Это странное время, когда жизнь несет бурным потоком, и не свернуть, не выбраться на берег. Последний раз затмение случилось со мной после свадьбы лучшей подруги.

Тогда я потерялась в своих чувствах и желаниях. Граница между "важным" и "мимолетным" стерлась. Днями, изводя Костю безумными идеями, я пропадала на радио. Вечерами - на корпоративах, а ночью... выживала как могла. Многочасовые покатушки по городу, клубы, мужчины, которым не позволялось ничего, кроме поцелуя в губы - это было настоящее затмение разума.

Сейчас причин для такого затмения было не меньше. Чертово колесо судьбы снова подняло на самый верх. Но, не позволяя надеяться на анестезию легким безумием, мозг начал работать четко и холодно.

Начавшаяся в коридоре вспышка слепой ярости уже в кабинете погасла без следа. До поездки в "Орион" я нашла новую гостью для следующей программы и начала набрасывать для нее вопросы. А в клубе, улыбаясь на все тридцать два, произнесла колкую поздравительную речь жениху и даже расцеловала его в обе щеки.

Расчетливая сучка Жанна Орлова была на коне. Сверкающая достойная компания элитному обществу. Восторженные улыбки в ответ на похотливые сальные взгляды, радостный хохот - на глупые анекдоты и шутки, обещание встреч - за бокал шампанского и минуту одиночества. Ни "главная", ни Мисюров не смогли бы придраться. Если бы еще самой не было так противно.

Модный бомонд, отпрыски олигархов и еще не схваченных за взятки чиновников - десятки мужчин, на которых даже смотреть не хотелось. Мнящие себя хищниками ленивые домашние коты, привыкшие, что мышка самостоятельно изобразит трепет, попытку побега и поражение. Все не те. Повсюду фальшивка.

Словно подтверждая эти мысли, стоявший рядом мужчина в дорогом костюме взял со стойки бокал и повернулся ко мне.

— Жанна?! – удивление было сыграно на "пять", но с восторгом незнакомец перестарался. – Жанна Орлова?!

— Да, - разговаривать ни с кем не хотелось, но послать к лешему вместо приветствия я все же не решилась.

— Юра Репин, - мужчина протянул правую руку и, взяв мою, прикоснулся губами к тыльной стороне ладони. Чуть выше и чуть дольше, чем этого требовал этикет. – Мы с Вами виделись недавно. Помните меня?

Его улыбка стала еще слаще. Казалось, щеки вот-вот треснут от напряжения.

— Эмм... Нет.

— На вручении хоккейных премий, - поспешил пояснить Репин. – Вы тогда так незаметно избавились от моего бокала шампанского, что я был восхищен. Ловкость, достойная факира.

Юра сиял, словно сорвал джек-пот. Мне даже пришлось прикусить язык, чтобы не предложить господину Репину лимон.

— Ах, тогда?! - из последних сил я изобразила приятное удивление. - Прошу прощения за шампанское. Пузырьки очень плохо влияют на голос. Настоящая беда с ними.

Пришлось соврать. Старая диджейская байка уже давно была развенчана врачами, но вряд ли Репин мог знать такую мелочь.

— Да, понимаю, - купился он. - Ваш голос не то богатство, которым можно рисковать. А уж когда приходится еще вести беседы со всеми подряд... - Юра возвел глаза к потолку. - Сочувствую.

На миг я подумала, что он говорит о себе, но жизненный опыт подсказывал, что такого быть не может.

— Вы знакомы с Серебряковым? – не меняя выражения лица, буднично спросил Репин.