Книга Бессонница, страница 15 – Мария Коваленко

— Ну, ты с ним не разговаривала, так что все не совсем запущено.

— Наверное, если бы сил было больше, мы бы и поговорили. Но я вечером приехала, глаза слипались.

— Я виноват, - я отправил в рот сочный кусок мяса и запил обжигающе перченым глинтвейном. - Из головы вылетело, что в прошлом апреле уже было похожее отключение.

— Всего не упомнишь, - так и не притронувшись к своей кружке, Жанна подлила мне добавку. - Кстати, как тебе новая работа?

— Не спрашивай!

— Все так плохо?

— Все так непросто. Высшую лигу со второй не сравнить. Хоккеисты и там, и там, но спонсоры, учредители... Стоит команде проиграть, как тут же начинаются поиски виноватых среди администрации.

— А игроки, значит, ни при чем? - догадалась Жанна.

— Именно. Для верхов они "сделали, что могли", остальное - вина тренера, ассистентов, специалиста по заточке коньков или массажиста.

— Оу! За массажиста обидно особенно.

— Издевайся - издевайся.

— Да нет, правда жаль его. Не хотела бы оказаться на его месте.

На секунду представив, как Жанна наминает бока какому-нибудь из моих амбалов, я чуть не подавился глинтвейном.

— Расскажи лучше о себе, - предпочел переключиться на более безопасную тему. - Я слышал, что ты запустила новый проект.

— Теперь моя очередь говорить "не спрашивай", - Жанна закатила глаза.

— Да ладно. У тебя не могло не получиться.

— Я уже жалею, что получилось. Гости все зануднее, эфиры все дольше. Скоро ночевать буду в студии.

— Уверен, для тебя там поставят удобный диванчик.

— Уже, - засмеялась Орлова.

— Ну вот! Значит выгорело. Это успех.

— Это закон подлости! - она воинственно сдула со лба темную прядь. - Никогда так удачно не складывалось, а тут... Только я завела собаку, решила устроить дома ремонт, и вуаля - проект стал топовым.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты завела собаку?! - я ушам не поверил.

— Немца. Овчарку. Шикарного! Умного!

— Да не верю! А как же поклонники? Ты теперь изменяешь им с псом?

— Как он на меня смотрит, еще ни один мужик не смотрел. А как он все понимает!

— Это аргумент, - я, сдаваясь, поднял руки вверх.

— Вот именно! - Жанна отсалютовала мне своей кружкой. - А ты никого завести не решился, - она взглядом указала на мое обручальное кольцо.

— Нет. Никого такого, кто заставил бы его снять.

— Ясно, - резко перестав улыбаться, Жанна поднесла к губам кружку и сделала жадный глоток.

Все же мне не показалось, что с пряностями для глинтвейна Орлова переборщила. Хоть за время разговора напиток немного остыл, но Жанне хватило. Сделав глоток, она вдруг стала хватать ртом воздух, а после и вовсе сорвалась со своего места и быстро побежала в кухню.

Минуту-другую оттуда доносились лишь вздохи и журчание воды. Потом, волнуясь, я и сам направился узнать, как самочувствие.

В свете тусклой люстры из гостиной здесь царил полумрак, но не заметить Орлову в ее белом халате было сложно.

— С перцем перебор? – подойдя поближе, усмехнулся я.

— Да-а... Как ты вообще это пил? - сипло прошипела Жанна.

— Зато согрелся быстро, - чтобы увидеть результаты действия глинтвейна, я за подбородок повернул ее лицо к свету.

— Губы... – зажмурившись, Жанна осторожно провела пальцем по нижней губе. – Очень. Печет.

Уверен, она и не думала ни о чем, когда делала этот жест. Ей действительно было больно. Но у меня перехватило дыхание.