Книга Жги, детка!, страница 37 – Мария Коваленко

Если вам очень нужно лишить мужчину даже зачатков сексуального влечения - устройте ему допрос. Да-да, вместо тысячи "я не такая", "вначале мы должны узнать друг друга" - вопросы, вопросы и еще раз вопросы. Уверен, придумать будет несложно. У меня даже есть теория, что у женщин существует целый отдел мозга, который нужен лишь для создания вопросов. Эдакий "вопросный гипоталамус".

Может, в мире и есть бронированные, у которых достоинство не сморщивается от "как" и "почему", но я к числу этих счастливчиков определенно не относился. Хватило получаса, чтобы мозговой штурм, устроенный Лизой, отбил у меня желание не то что сексом с ней заняться - от кофе начало воротить.

— Итак, - подвела итог экспресс-анкетирования "моя любимая и единственная", - ты знаешь, что я люблю, как зовут моих друзей и родных. О тебе я знаю: привычки, любимые места отдыха, кличку собаки, которая сбежала от тебя в детстве, марки алкоголя. Негусто, но вряд ли кто-то спросит о твоих любимых художниках или религиозных убеждениях.

— Это, между прочим, обидно! - я отхлебнул из чашечки остывший кофе и скривился.

— Обидно? А если бы у меня был жених, представляешь, в какое положение ты поставил бы меня своей выходкой?

— Помнится, в магазине кто-то флиртовал со мной совсем не как девушка с табличкой "занято".

— Пфф! Мало ли какие у меня были мотивы!

Фотограф, который уже почти доел палку колбасы - единственное, что у меня было к кофе - грустно посмотрел на нас с Лизой. "Докатился, Клюев! Тебя уже жалеют из-за неумения сладить с девушкой", - поздравил я себя.

— Ладно, - Лиза перевернул страницу своего блокнота, - теперь главное! Нужно придумать историю.

Не насилуя себя больше теплым кофе, я отставил чашку в сторону.

— "Придумывать" звучит уже интереснее, чем "какие книги ты читаешь", - потер руки.

— Первое. Где мы встретились.

Лиза нарисовала на белом листе идеальную единицу. Я сглотнул.

— Тусовка в клубе? – первое, что пришло мне в голову. – "Койот" в одном квартале отсюда. Я там иногда бываю.

Как жизнь ни била по голове, а пользоваться кастрюлями я так и не научился. Питаюсь, где вкусно кормят, последний год в "Койоте". Можно было сказать правду, что всего лишь ужинаю там, но глаза Лизы полыхнули таким огнем, что я не решился портить бытовухой ее горячие фантазии.

— Нет, не нужно нам никаких тусовок! – ее передернуло, словно с этим баром связывало что-то личное. - Предлагаю спортшколу или детский дом.

Хорошо, что я не сделал глоток, сейчас бы точно подавился.

— Прости, крошка, но в это не поверит даже мой агент.

— А если просто спортшколу? – кое-кто совершенно не умел сдаваться. - Или только детский дом?

— Без вариантов.

Лиза замерла, будто взвешивала мой ответ.

— Ну тогда... Медосмотр! – сгенерировала она новую идею.

Я закатил глаза.

— Может, скажем, что ты моя фанатка? Болельщица клуба?

— А в это не поверит никто из моих знакомых.

Лиза потерла лоб, и спустя минуту возле каллиграфической единицы появилась надпись: "Спортивный магазин".

Даже смешно, но это был первый известный мне случай, когда правда выглядела на порядок лучше любой фантазии. Возражений у меня не возникло, и, заметив, что я молчу, моя экзаменаторша со вздохом озвучила следующий пункт программы:

— Кто кого полюбил первым?