Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 116 – Кэти Райт

Мы с Фаустом провели последние несколько часов, занимаясь любовью, будто животные.

Мне так его не хватало.

Клянусь, если бы я могла, то съела бы его целиком, просто, чтобы он больше никому не достался!

Я царапала его спину, изгибалась от чувственных прикосновений и не могла оторваться от его губ.

Прощаться было проще простого, когда не произносил слова вслух.

Фауст продолжал вести себя так, будто ничего не произошло, а я поддалась его игре, не желая выяснять отношения, которые и без того были обречены на провал.

Аурелия сбросила мне снимок узи, когда я болталась на заднем сидении машины, а Марко, сидевший за рулём, не переставал болтать о своей сестре.

Мальчик.

У моего мужа и его бывшей любовницы будет сын.

Я смотрела на черно-белый снимок крохотного человечка, и внутри всё переворачивалось от обиды.

Наверное, это послужило толчком к моему малодушному желанию завладеть вниманием фауста в последний раз.

Фауст был не против. Его даже не отпугнул мой напор.

Когда мы закончили терроризировать стол в его кабинете, подоконник в коридоре и нашу кровать, то я застыла в его объятиях, наслаждаясь теплом мужа.

Он всегда был для меня слишком далёким, но стал роднее и ближе всех.

Смешно от того, что с женщинами творит любовь.

— Ты убил Таддео Монтолоне. Ты знал, что Аурелия беременна, но не сказал мне об этом ни слова. – чеканила обвинения я, вдыхая запах наволочки.

Смесь кондиционера для белья и наших парфюмов.

Запах дома.

— Поправочка. – Фауст скривился и поцеловал меня в висок. – Аурелия беременна не от меня. Точнее, ты не можешь обвинять меня в том, что не знаешь наверняка.

Но я была уверена: если бы Фауст на сто процентов был уверен в том, что ребенок не его, то не стал бы скрывать беременность Аурелии так долго.

Фауст устроился сзади меня и обнял одной рукой за талию, притягивая ближе.

— Что если это твой сын? – спросила я, сплетая наши пальцы.

Я так и не сказала ему о том, что знаю пол ребенка. Я молчала о том, что из-за него жизнь Элеттры пошла под откос.

— Хватит забивать себе голову. – фыркнул Фауст мне в волосы. По голосу было ясно, что он устал. – Мы ещё не знаем, чей это ребенок.

— А если твой? – сердце в груди болезненно сжалось спазмом.

Фауст долго молчал, прежде чем наконец-то ответить на мой вопрос:

— Придумаем что-нибудь.

Он не был уверен, и это выжигало меня изнутри, оставляя после себя пустырь и обломки наших планов.

Что вообще можно было придумать, если он отец ребенка?

Ничего.

Фауст должен присутствовать в жизни наследника и никто не сможет встать между ними. Даже если я, однажды, рожу ему сына, он всё равно будет вторым.

Я не хотела бы подобного для своего ребенка.

Мне самой пришлось бороться за сердце Фауста с Аурелией, а перекладывать на нашего ребёнка такое бремя мне совсем не хотелось.

Мой муж не стремился меня утешить.

Казалось, он вообще предпочитал делать вид, что ничего вокруг не происходило, но я-то знала, что это было не так.

Когда Фауст уснул, я заперлась в ванной и включила воду. Достала из сумочки тест на беременность и села на край ванной.

Этого ведь не может быть?

Но факты говорили об обратном: тошнота продолжала меня мучать уже несколько дней, а низ живота неприятно тянуло.

График менструаций смотрел на меня с укоризной с экрана мобильного. Я и не помнила, когда заполняла его в последний раз.