Книга Фиалковый роман, страница 67 – Манна Небесная

Вечерело. В гостиной пахло хвоей и мандаринами. Ёлка сияла разноцветными огнями. Стол ломился от угощений: здесь были и традиционные оливье с «шубой», и шашлыки «с пылу с жару», и домашние соленья из погреба Алевтины.

Когда часы начали бить полночь, все высыпали на крыльцо. В руках у каждого был бокал с шампанским или соком.

— С Новым годом!

— С новым счастьем!

Небо над Опалихой озарилось всполохами фейерверков — кто-то из соседей тоже решил устроить салют. Ребята обнимались, поздравляли друг друга.

Праздник продолжился танцами под музыку из портативной колонки. Играли в «Крокодила» и «Мафию», загадывали шарады. Алевтина сидела в кресле, укрытая тёплым пледом, смотрела на своих друзей и понимала: вот оно, настоящее счастье. Не в деньгах и не в статусе, а в этих простых радостях — в смехе близких людей, в тепле очага и в ожидании чуда.

Ближе к утру веселье пошло на спад. Гости начали собираться в дорогу.

— Спасибо тебе за этот праздник! Это было супер!

— Приезжай к нам почаще!

— Береги себя и малыша!

Алевтина провожала их до машин. На глаза наворачивались слёзы благодарности.

— Спасибо вам! Я вас всех очень люблю!

Она долго стояла на крыльце, глядя вслед удаляющимся огням автомобилей. Вокруг снова воцарилась тишина, но теперь она не казалась ей гнетущей. Дом был наполнен теплом — не только от печи, но и от воспоминаний об этом чудесном вечере.

Она вернулась в гостиную. Ёлка тихо мерцала в полумраке. Алевтина подошла к ней и осторожно поправила одну из игрушек.

— С Новым годом, малыш... С новым счастьем... — прошептала она, нежно поглаживая живот.

Впереди была целая жизнь. И теперь она точно знала: она справится. Потому что у неё есть самое главное — любовь внутри неё и верные друзья рядом.

* * *

Тридцать первое декабря для Андрея и Екатерины стал первым днем супружеской жизни, и этот день ассоциировался не с запахом хвои и скрипом снега, а с влажным тропическим воздухом и шумом прибоя. Их частный самолёт оторвался от заснеженной полосы, унося молодожёнов прочь от зимы, в вечное лето. Андрей всю дорогу хмуро смотрел в иллюминатор.

— ну какой Новый год без снега? — в который раз повторил он, поправляя воротник рубашки. — Это же... неправильно. Должна быть ёлка, запах мандаринов, мороз по коже. А тут... пальмы.

Екатерина, листавшая глянцевый журнал, подняла на него холодный взгляд.

— Андрей, прекрати ныть, — отрезала она тоном, не терпящим возражений. — Ты забыл, что я беременна? Вот когда родится ребёнок и я не смогу летать, тогда будут тебе и ёлки, и снег, и морозы по самые уши. А пока у нас океан и пальмы. Это наш медовый месяц. Самый дорогой курорт на Мальдивах. Наслаждайся.

Её слова прозвучали как приговор. Андрей замолчал, понимая, что спорить бесполезно. Она была права — во всём, что касалось комфорта и логики. Но его душа требовала другого. Душа требовала той самой, настоящей зимы.

Курорт превзошёл все ожидания. Их бунгало стояло на сваях прямо над бирюзовой водой. Внутри всё было выполнено из натурального дерева и камня, а панорамные окна открывали вид на бескрайний океан и белоснежный песок. Казалось бы — рай. Но для Андрея этот рай был чужим.

Вечером они вышли на ужин. На пляже была организована роскошная вечеринка в честь Нового года: факелы, живая музыка, столы, ломящиеся от экзотических фруктов и морепродуктов. Гости — такие же богатые и успешные пары — смеялись и поднимали бокалы с шампанским.