Книга Единственная для дикого, страница 76 – Аня Истомина

— Нашёл, — сердито вздыхаю и подхожу к ней.

Беру Василису за руки и кладу их на свои плечи. Обхватываю крепко за талию.

— Серёж, мне кажется, надо ребят из МЧС вызывать, — серьёзно смотрит на меня жена.

— Если не получится — вызовем, — обещаю ей. — Раз, два, три…

Тяну.

Василиса кряхтит и в первые секунды кажется, что окончательно застревает, но мягкий филей всё же потихоньку пролезает в комнату. Спустя несколько секунд я втягиваю Василису внутрь полностью. Правда, уже со спущенными от трения штанами.

Она обессиленно виснет на мне.

— Голова не кружится, кисонька моя? — не отпускаю, понимая, что Вася может упасть в обморок из-за резкого оттока крови.

— Кружится, — шмыгает она носом. — Что это за “кисонька”? Ты меня никогда так не называл.

— Потому что ты у меня как кошка: пролезла голова — пролезет и всё остальное, — придерживая за талию, натягиваю на Василису штаны.

— И что, даже ругаться не будешь? — смущенно смотрит она на меня.

— Да за что на тебя ругаться-то? В бане веником отшлёпаю просто — и всё, — улыбнувшись, обнимаю её за шею и, притянув к себе, целую.

— Серёж, — неожиданно Василиса отстраняется и как-то по-особенному серьёзно вглядывается в мои глаза. — Мне, наверное, нельзя в баню.

— Почему? — хмурюсь.

— Кажется, нам нужен тест, — шепчет она.

— На вменяемость? — с усмешкой закатываю глаза.

— Тебе — да, — обиженно фыркает Вася. — А мне на беременность. Только ты раньше времени не радуйся, пожалуйста.

Замираю на секунду. Чувствую, как у меня округляются глаза и перехватывает дыхание.

— Вась! — хватаю её под бёдра, а она взвизгивает. — Серьёзно, что ли?!

— Диков! — упирается она мне в плечи. — Я сказала: раньше времени не радуйся. Меня просто вырвало неожиданно.

— Подожди, — хмурюсь и вглядываюсь в лицо Василисы. — Так, может, у тебя после аварии травма какая? Сотрясение. Ты как себя чувствуешь?

— Я что, похожа на умирающую? — сердито бухтит.

Молчу и просто смотрю на неё, не веря. Мы столько раз пробовали и искали симптомы беременности ещё задолго до того, как могли появиться первые признаки. Столько раз разочаровывались, когда раз за разом ошибались, что поверить теперь просто не получается.

— Всё в порядке? — слышатся голоса с крыльца, и в дом заглядывают “девочки”.

— В порядке, — отзываюсь и прямо с Василисой на руках выхожу к ним. — Теста на беременность, случайно, ни у кого нет?

Теста на беременность ни у кого не оказывается. Женщины, успокоившись, расходятся по домам.

— Поехали в город, — прижимаю выбитую дверь лестницей и оборачиваюсь к Васе. — За тестом.

— Ты с ума сошёл? — возмущается она. — Тут сейчас дорогу чистить будут, машина в сугробе, а Егор один с детьми.

— Логично, — вздыхаю. — Сейчас позвоню ему.

— Зачем?

— Может, у него дома тесты есть. Они же, наверное, не на ромашках о прибавлении гадают? — хмыкнув, обнимаю Василису, другой рукой доставая телефон.

Притянув её к себе, прижимаюсь лицом к светлой макушке и медленно вдыхаю родной аромат. Я боюсь. Просто боюсь, что в очередной раз увижу её слёзы, потому что “нет”. Может, было бы правильным подождать и не делать никаких резких движений?

— Да, Серёг, — отзывается Егор. — Грейдер в пути.

— Подожди, не до грейдера сейчас. У тебя есть тест на беременность?

— Эмм… — прямо представляю, как друг растерянно оборачивается. — Возможно. Сейчас поищу. Приезжайте.