Книга Единственная для дикого, страница 2 – Аня Истомина

Может, Вася наконец-то слетает в отпуск и перебесится? Хотя, о чем это я?

Мы расстались, все. Она только что поставила точку, а я с этим согласился.

Наоборот, нужно радоваться, что мы, как два взрослых и адекватных человека, разошлись мирно и без скандала. Все. Я почти холостой. И могу, как в старые добрые времена, делать, что захочу. Теперь не придется по две недели без секса сидеть, на работе желающих заграбастать майора в добрые руки — вагон. Нет, вот прям ВАГОН. Буду как сыр в масле после отпуска кататься.

Правда, все, что я сейчас хочу, — это чтобы одна импульсивная дура добралась до матери или подруги в целости и сохранности, поэтому все еще наблюдаю за ней в окно.

Дождавшись момента, когда во двор заворачивает черная машина, облегченно выдыхаю. Все, Вася, прыгай к своей подружке в машину и уезжай уже строить новую жизнь. А то я задубел уже с открытым окном стоять. И голодный, как волк.

Собираюсь закрыть окно, но замираю и хмурюсь, потому что из водительской двери выбирается вовсе не подруга, а какой-то мужик. Вместо того, чтобы помочь Василисе убрать чемодан в багажник, он обнимает ее.

Это что за херня?

— Василиса! — рявкаю в окно. — А ну-ка, стой!

— Ой, мамочки! — выдыхаю, услышав грозный рев мужа из окна двенадцатого этажа, и тут же отстраняюсь из объятий друга. — Вадь, поехали быстрее, пожалуйста.

— Так, может, ты забыла что? — Вадим задумчиво поднимает голову к темным окнам многоквартирного дома, где прошло пять лет моей жизни. — Давай подождем?

— Вадь! — едва не подпрыгиваю от возмущения. — Ты сдурел? Серёжа ревнивый!

— Да что ты так переживаешь? — отмахивается друг с ироничной усмешкой, неспешно запихивая мой чемодан в багажник своей машины. — Я ему все объясню.

— Да он у тебя даже спрашивать ничего не будет! — вскрикиваю, испуганно озираясь на дверь подъезда. — Он тебя сначала убьет, а потом спросит, кто ты такой! Поехали скорее!

— Вась, — усмехается Вадим и морщится, когда я, оттеснив его, с силой захлопываю багажник.

Закатив глаза и тяжело вздохнув, сдается, направляясь к своей двери прогулочным шагом, а мне хочется подбежать и подтолкнуть его, чтобы шел побыстрее.

— Вадь, ну пожалуйста, поехали, я не хочу его видеть! — нетерпеливо ною, ерзая на сидении и глядя на то, как Вадим медленно пристегивается ремнем безопасности.

Вадик не понимает, что Сережа не орет в принципе. Если Серёжа орет — значит, он в крайней степени ярости.

Снова тяжело вздохнув, Вадим наконец трогается. Ровно в этот же момент с оглушающим грохотом распахивается дверь подъезда, ударяясь об стену.

Подпрыгнув, испуганно оборачиваюсь и прилипаю к окну.

Сталкиваюсь с бешеным взглядом мужа, провожая его глазами. В одной футболке выскочил, совсем сдурел!

Хотя, какая мне разница? Теперь это не моя проблема.

Моя проблема в том, что Серёжа бросается вслед за машиной. Боже мой, сейчас он нас догонит и покалечит ни в чем неповинного человека! Как я объясню подруге, что ее брат, которого она попросила подкинуть меня к ней домой, пал смертью храбрых просто потому, что обнял меня при встрече?!

— Вадь! — взвизгиваю, потому что мне кажется, что он едет медленнее, чем бежит Серёжа.

Наверное, он тоже улавливает настроение моего мужа, потому что в конце концов прибавляет газа и отрывается.