Книга Без права на счастье, страница 66 – Катерина Крутова

— Сбежишь, будешь последней дурой. И, скорее всего, мертвой дурой.

Мужчина отстраняется, переключает внимание на сестру Шувалова, говорит ей что-то обтекаемо вежливое, а Верке хочется задержать прикосновение. Не потому, что приятно, а оттого, что страшно вновь остаться одной.

— Здесь ты в безопасности, — почувствовав ее дрожь, напоследок повторяет Варшавский.

«Если бы», — возражение остается в мыслях. Удерживать Германа и уж тем более бежать за ним — нелепо, глупо и не поможет.

Следующие несколько часов Вера Смирнова непрерывно отвечает на вопросы и проходит всевозможные спонтанные тесты. Так ее уровень английского проверяют прямо в коридоре, вручив мобильный и заставив вести беседу с неким Ингваром из Стокгольма, который сильно интересуется театральными постановками и удивляется, как может жительница пригорода культурной столицы России не владеть информацией о премьерах на большой сцене. В этот момент Вера мысленно благодарит мать и годы в английской спецшколе, но проклинает настырного шведа, кажется, решившего узнать у нее всю театральную афишу.

Знакомство с ксероксом и факсом Лидия Александровна поручает улыбчивой девушке с непослушными рыжими кудряшками, то и дело выбивающимися из шпилек высокой прически. Она представляется помощником юриста и с первых слов вызывает у Веры симпатию. Рыженькую зовут Алина, и вместе девушки отправляют около пятидесяти факсов с приглашением партнерам фирмы на праздничный ужин в честь дня рождения фирмы и по совместительству Нового года.

— Так ведь еще середина ноября? — удивляется Вера.

— Все люди деловые, мероприятия надо внести в график. Факс — для секретарей и личных помощников, ближе к дате будут именные приглашения — в золотых конвертах с вензелями, как положено, — Алина смеется так заразительно, что Вера невольно улыбается в ответ. Они вдвоем обедают и потом еще битый час мучают сканер бессчетными копиями каких-то инструкций и форм.

— Ты с Германом Палычем приехала? — от любопытства под веснушками даже проступает румянец. Алина явно ждет от новой знакомой подробностей, но Вера ограничивается коротким «да».

— Я рада, что здесь появился кто-то молодой, — доверительно шепчет, прощаясь, помощник юриста, решившая оставить расспросы на будущее. — А то тут даже поговорить было не с кем. Все made в глубоком… хм… СССР.

Финалом устроенных Лидией проверок на профпригодность становится знание компьютера. На Веркину скорость печати Шувалова раздраженно кривится, но даже сквозь поджатые губы и прищуренные глаза начальницы Смирнова понимает — тест пройден.

— Где вы изучали ПК, Вера Сергеевна? — женщина впервые за день смотрит на нее не с высокомерным уничижением, а с интересом.

— На курсах, но я еще не закончила. Осталось пара занятий и получу корочки, — Верка надеется, что это правда. Как знать, может за минувшую неделю ее уже отчислили, несмотря на оплату вперед?

— Вам надо подтянуть навыки машинописи и деловой английский, — вновь возвращается высокомерный тон. — И внешний вид.

Девушка чуть не начинает извиняться — отсутствие макияжа, едва заметные, но если приглядеться, все еще видные синяки, собранные в хвост волосы — побитая серая мышь, такой только пугать можно. Но женщина внезапно продолжает:

— Я ценю в девушках скромность и сдержанность. Но легкий макияж не только позволителен, но и необходим. Жду завтра к восьми сорока пяти.