Книга Развод в 40. Жена с дефектом, страница 23 – Анна Нест

— Что ты делаешь? — шепчет она и пытается вывернуться. — Отпусти меня.

— Ни за что, — отвечаю хрипло. — Я больше никогда тебя не отпущу.

Она поворачивает голову. В глазах растерянность, тревога. Но она пока не кричит, не бьется. Просто дышит часто, пытается освободиться.

Я наклоняюсь к ее уху.

— Ты такая сладкая, как конфетка, — шепчу. — Я хочу тебя. Прямо сейчас.

Не дожидаясь ответа, подхватываю ее на руки.

Я чувствую, как она дрожит. Сначала почти незаметно, но потом сильнее. Думаю, не от холода. Я ощущаю ее напряжение, будто она сдерживает эмоции.

Но мне все равно. Даже больше — это подстегивает меня. Эта дрожь будто говорит: ты все еще можешь на нее влиять. Она все еще твоя. Или снова станет твоей.

Я прижимаю ее к себе крепче. Ее грудь почти касается моей груди. Ее запах бьет в голову. Я чувствую себя зверем, которого выпустили из клетки. Хочу сорвать с нее это тонкое платье. Провести ладонью по изгибам. Услышать, как она стонет от моей власти над ней.

Я хочу ее. Здесь. Сейчас. Как раньше. Нет — сильнее, чем раньше. Потому что сейчас она не просто жена, она — загадка. И мне до боли хочется разгадать ее.

Я несу ее в спальню, шаг за шагом, не сводя взгляда с ее лица. Она не смотрит на меня. Губы сжаты. Щеки красные.

С каждым шагом мое тело пульсирует от желания. Она в моих руках. Такая красивая, хрупкая, беззащитная. Ее тонкая ключица рядом с моим лицом, и мне хочется впиться в нее губами. Не поцеловать, нет. Отметить. Чтобы знала: теперь она снова моя.

Я представляю, как опускаю ее на кровать. Как это платье легко сползает с ее плеч. Я расстегиваю молнию на брюках. Медленно, чтобы она видела: я никуда не тороплюсь, у меня все под контролем. И я знаю, как доставить ей удовольствие. Особенно сейчас, когда она не ждет, когда она дрожит и не смотрит в глаза.

Я представляю, как она лежит передо мной — голая, ранимая, но моя. Как я накрываю ее телом, прижимаю запястья к подушке, и она чуть выгибается, не зная, чего ждать. Как я шепчу ей на ухо: «Ты даже не представляешь, как я скучал по тебе…» И она больше не сможет притворяться равнодушной. Ее тело предаст ее.

Я уже чувствую ее вкус. Представляю, как она задыхается от того, что я делаю с ней. Как сначала она сжимает губы, сдерживает стон, а потом срывается. И тогда… тогда я точно буду знать, что все делаю правильно. Что она моя.

Я вдыхаю ее запах и ускоряю шаг.

Я хочу ее. До судорог, до боли в висках, до озноба.

Виктор

Я закрываю за нами дверь спальни ногой. Мия в моих руках — легкая, изящная, пахнет чем-то дорогим, терпким, новым. Совсем не так, как раньше. Не как жена. Как чужая женщина. Недоступная, манящая. И от этого у меня срывает тормоза.

Кладу ее на кровать. Не слишком аккуратно. Как вещь, которая всегда должна была быть моей. Она отодвигается. Медленно. Глядит на меня широко раскрытыми глазами. Ни крика, ни протеста. Только взгляд, острый, влажный. Затаенный страх? Или тонкая игра?

Я внутренне усмехаюсь. Ну давай. Поиграем. Ты ведь этого хочешь. Иначе зачем было так одеваться? Так пахнуть? Так смотреть?

— Не прикасайся! — кричит она вдруг, резко, голос срывается.

Но я не верю. Не сейчас. Не после того, как она прошла мимо меня, покачивая бедрами, благоухая этим безумным ароматом, у которого на флаконе наверняка написано что-то вроде «Роковая женщина». Это все спектакль. Я чувствую. Игра в отказ — ее новая маска. Мила стала ярче, а значит, хочет, чтобы ее добивались.