Книга Соперники, страница 30 – Ася Федотова

Подхожу к кровати и ставлю рюкзак на тумбочку. Чувствую его присутствие у себя за спиной и не смею повернуться. Меня колошматит только от одной мысли, что нахожусь с Кетлером наедине в его квартире, в его комнате, возле его кровати.

— Спокойной ночи — тихо произносит он, и слышу, как щелкает ручка двери.

Остаюсь одна и тут же выдыхаю. Вынимаю из рюкзака наспех сорванную со стула одежду для похода в лицей и аккуратно вешаю на спинку кожаного кресла возле письменного стола. Ложусь в кровать, укрываясь с головой одеялом, и тут же засыпаю.

Сон какой-то рваный, тревожный, и спустя некоторое время, я окончательно просыпаюсь. На улице темно. Слышу, как из гостиной доносятся приглушенные звуки. Тихо встаю и на цыпочках крадусь к двери. Заглядываю в гостиную.

Макс вальяжно расселся на диване, закинув ноги на журнальный столик. Возле него лежит пачка с кукурузными хлопьями, а в руках джойстик от приставки. На нем те же самые черные джинсы, в которых он был вечером, а на теле вместо толстовки просторная черная футболка. На голове громоздкие наушники.

В компьютерных играх я не разбираюсь, но эта выглядит довольной захватывающей. Подхожу ближе, и Макс замечает меня только, когда я присаживаюсь на край дивана. Кетлер ставит игру на паузу и спускает наушники.

— Не спится? — протягивает мне упаковку с кукурузными палочками.

Киваю в ответ и беру парочку себе.

— Можно я тут посижу? — смущенно спрашиваю, потому что неизвестно, как Кетлер отреагирует. Вдруг просто пошлет? А я сейчас не могу быть одна. Страшнее не придумаешь, чем остаться совсем одной в такой ситуации.

Кетлер, кажется, удивлен. Он чешет затылок и пожимает плечами.

— Может, тогда фильм посмотрим? Какие ты любишь?

— Лучше комедию — немного расслабляюсь и откидываюсь на спинку дивана.

— Понял.

Макс закрывает игру, убирает наушники с джойстиком на полку под журнальным столиком и загружает приложение с фильмами.

Выбираем комедийный ужастик «Убойные каникулы». Наитупейший фильм, скорее, даже пародия на молодежные триллеры, но это самое то, что сейчас нужно, потому что действительно смешно.

Мы довольно быстро расправляемся с кукурузными палочками, и Макс приносит овсяное печенье с шоколадной пастой.

— Попробуй так — он берет печенье, намазывает его сверху шоколадной пастой и протягивает мне. — Сестра просто обожала в детстве так есть печенье и меня приучила.

Беру печенье, и, не сводя с Кетлер удивленного взгляда, отправляю его в рот, довольно промычав, потому что это действительно вкусно.

Мне становится спокойно. Сама не понимаю, как расслабляюсь настолько, что даже забываю про тетю, ее хахаля, нашу ссору и обстоятельства, при которых я убежала из дома.

Съедаем так еще по одному печенью и одновременно смеемся над сценой в лесу, после чего тут же переглядываемся.

Кетлер вмиг становится серьезным. Я задерживаю дыхание, когда его взгляд спускается к моим губам, а затем к вырезу на футболке. Крики и рев бензопилы из фильма заглушают тишину. Я не выдерживаю и первой отвожу взгляд на экран.

— И что ты собираешься дальше делать? — вдруг спрашивает Кетлер.

Задираю голову вверх и прикрываю глаза.

— Не знаю. Поживу у Осиповой несколько дней, а затем посмотрим.

Макс прочищает горло.

— Если хочешь, можешь остаться здесь, пока не придумала, что делать дальше. В этой квартире кроме меня из семьи никого не бывает, так что…