Книга 8 секунд, страница 35 – Ася Федотова

А в перерывах я многое про нее узнала. Про то, что жила Лера с бабушкой, а родителей девчонка потеряла, когда была еще совсем мелочью. И даже их не помнила.

В ответ я поведала Лере всю правду про нас с Русланом и про свой брак. Про причины, вынудившие меня так рано выйти замуж за мужчину намного старше себя.

Лера не осуждала, не округляла в ужасе глаза. Она молча приняла мою правду и не осудила.

Мы подружились. Даже Костя был рад, что у меня в университете, наконец, появилась подруга. Причем такая: умная, ответственная, серьезная, да, еще и староста. Даже не читал нотаций, когда мы с Лерой отправлялись погулять.

Когда сессия оказалась позади с неожиданно приличными записями в зачетке, я собрала вещи и уехала на лето к маме и сестре в Москву.

До позднего вечера в больнице, потом по пути до съемной квартиры в магазин за продуктами и средствами гигиены. Дома постирать вещи, что-нибудь приготовить. Душ и сон. Вот и весь распорядок.

Я растворилась в этой рутине и ни о чем не вспоминала. Лишь ночами мне совсем не спалось. И мысли о нем. О ней. О них вместе.

Иногда кусая губы не выдерживала и залезала с левого аккаунта на страницу Руслана, где жадно просматривала новые снимки и сторисы.

Потом на ее страницу.

Это, как расчесать старый укус. Чешется, не можешь остановиться, срываешься и прямо ногтями по засохшей болячке. А потом кровь.

По возвращению домой я поняла, что едва наладившиеся отношения с мужем снова потерпели крах. Все мои подозрения насчет Кости оказались верны. Его сухость в телефонных разговорах и сообщениях мне совершенно не показалась. Муж встретил меня довольно холодно. И этим же вечером свинтил, якобы, по делам.

Пришел ночью. Изрядно подвыпивший, хмельной, веселый, даже ехидный, и жутко воняющий бабским парфюмом. Резким, безумно сладким, ягодным ароматом. Приторно удушающим.

С моей стороны здесь не про ревность. Скорее, про смятение, непонимание. Зачем держать меня, раз ходит к другой? Детей общих нет, имущества общего нет. Что же ему мешало все бросить и уйти? Костя молчал и упорно увиливал от ответа. Называл меня параноичкой и истеричкой на пустом месте.

Вот в такой атмосфере начался второй курс моего обучения в университете.

Второй курс моего личного ада под названием "Беккер", с которым вновь придется пересекаться довольно часто. Ведь у нас были общие лекции, первый месяц натыканные в расписание почти ежедневно.

Антон Токарев — Седьмой лепесток

— Рус, сколько можно? Сделай лицо попроще.

Я раздраженно оторвал взгляд от столика в вип-зоне бара, куда ход простым смертным был закрыт, и перевел свое внимание на Ками, которая смотрела на меня так, как будто я, как минимум, сорвал ей сделку века.

— Что опять не так с моим лицом?

Камалия фыркнула, но сдержалась от более яркой реакции. Видимо, не хотела при своих подружках и их парнях рушить образ нашей "идеальной" парочки.

— Что не так? Ты шутишь? — прошипела мне на ухо. — Пялишься в одну точку, как маньяк какой-то. Хватит уже. Кого ты там высмотрел?

Я устало растер переносицу, взял со столика свой стакан и выпил залпом, звякнул льдом и вернул стакан на обратно.

— Сейчас вернусь — поднялся с дивана. Одернул белую футболку и поправил портупею.

— Ты куда? Руслан?